Она выскочила через калитку и кинулась прямиком через дорогу, а за ней увязался сын - тоже жалостливый, как мать.
Селянин, переминаясь с ноги на ногу, тем временем задумчиво разглядывал на асфальте недавнее содержимое своей корзины. Он как будто собирался торговать рыбой и не знал, куда бы для начала деть существо, что было сверху.
Задумчивость селянина прервала подлетевшая жена, которая схватила существо на руки и строго вопросила:
- Что Вы намерены делать с этим несчастным животным?
- Да возьмите его себе. - Тихо и просто прозвучал ответ.
- И возьму. – Жена не изменила строгого тона.
- Слава Богу, – на выдохе произнес селянин, и еще тише.
- Бери, мама, бери! - вставил свое слово сын, поглаживая костлявую спину седеющей животины, оказавшейся на материнских руках.
А животина меж тем тянулась головой к жене, и в ее огромных глазах трепетала мольба о помощи.
Моя добросердечная прижала эту голову к груди и, благодарно кивнув сыну за поддержку, поинтересовалась у селянина:
- Тогда хоть скажите, что за неземное создание у меня на руках?
Иссушенная солнцем, ветром и уподобившаяся пергаменту кожа на лице селянина пошла складками, и он улыбнулся жене, устремив на нее пронзающий взгляд.
Жена встретила этот взгляд требовательным своим. Тогда селянин резко подался к ней торсом и, приблизив лицо, прошептал:
- А это тебе от Божьей Матери.
Его слова расслышал сын.
Потрясенные, он и жена застыли в немой сцене.
Но на том не кончилось. В следующее мгновение селянин отпрянул назад, и по бокам от него, возникнув из воздуха, появились две взрослые русские псовые борзые. Это были веселый кобель, одетый в природный плащ нарядного, серого с половыми вкраплениями, окраса, и сука - с очень серьезным взглядом, в основном белая, но имеющая сбоку на туловище заметное пятно, походящее цветом на сияющее солнце. Помахивая длинными правилами с тонкой и свисающей волнистыми прядями шерстью, борзые кинулись к жене с сыном и затеяли носиться вокруг них, выказывая тем самым свою неописуемую радость.
Неожиданно сазаны с обочины исчезли, а селянин с пустой корзиной под мышкой очутился на железнодорожной насыпи перед проходящим мимо товарняком. Легко запрыгнув на одну из открытых его платформ, он был таков.
Борзые, проводив селянина глазами, растворились в воздухе, из которого возникли, но неведомого вида существо никуда не делось, и с ним жена и сын возвратились домой. Там они вымыли существо в ванной, и седина с него сошла, а в бывшем светло-желтом окрасе его шерсти проступил рыжий оттенок. Ножки существа, сплошь серые до купания, после него стали белыми. Безусловно, искупанное ”неизвестно что” осталось жить в нашем доме.
***
Поутру второго мая я, приготовившийся встретить праздничный денек как истинный диабетик: отварной куриной грудкой, кашкой на воде, овощным салатиком и жиденьким компотом из сухофруктов, - был осведомлен женой о ее сне.
Настроение вмиг испортилось, и желание есть пропало.
С борзыми из сна было яснее некуда: щенки родятся, прибудут в семью и сядут на мою шею. Но к мысли о них я привык, и эта часть сна особо меня не тронула.
А вот невиданная собака-выдра, которая являлась подарком Божьей Матери, вызвала большое волнение. Да и у кого не вызвала бы? Небесные Силы шутить не любят и подобные сны просто так не посылают. Если же Они чем-то одаривают, то выражают доверие, и от человека требуется доверие оправдать, безоглядно следуя Их заповедям и бережно храня принятые от Них дары. Ответственность это великая.
Дошедши мыслью до ответственности, я разволновался куда сильнее. Сахар моментально упал ниже нормы, и перед глазами поплыло.
Чтобы сахар нормализовать, я вынужден был поесть.
Проглотил свой завтрак безо всякого аппетита, и осознал, что в ближайшем времени количество нахлебников в семье возрастет не на два, а на три рта. Отсюда вытекало, что в дальнейшем, чтобы прокормить все семейство, мне предстояло трудиться еще усерднее.
Я осознал… и понял, что ничегошеньки со своим осознанием поделать не могу. От даров Божественных Особ не отказываются – тут уж никуда не денешься.
Но грешным делом стал надеяться, что в отношении третьего – неземного – рта сон не сбудется. Мало ли как – может же эта часть сна оказаться иносказательной!
Совсем упустил, что сновидение было не кому-нибудь, а моей жене. Она сама прямее некуда, и сны у нее такие же.
Сыну материн сон понравился. Сама жена была от него в восторге, и, как мне виделось, даже размечталась о необыкновенном небесном подарке. Впервые после принятого в семье решения об ее увольнении, она улыбалась, а в глазах ее плясали столь знакомые мне задорные и словно всеведущие искорки.
Однако к вечеру следующего дня настроение жены испортилось опять, и искорки погасли – наутро ей предстояло получить увольнительные документы.
Мы с сыном не находили себе места, не зная, как будем ее утешать, когда она вернется с теми документами домой.
***
