Пропаганда полностью

Хачатряну Ф. К.: Да, действительно, зимой 2005 года я встречался с Андреевым С. В., это была наша 5 или 6 встреча. На этой встрече Андреев С. В., действительно, как представитель мэрии г. Новосибирска предлагал мне взять в аренду муниципальный модуль. Я не знаю: в какое именно время Андреев С. В. был назначен на должность. Мне это не важно. Для меня было важно, что он, как представитель мэрии г. Новосибирска, обсуждает со мной вопрос выделения мне земельного участка».

Уважаемый Фрунзик Кярамович, конечно, мог игнорировать хронологию назначения на должность Андреева и последующих разбирательств по перспективам рынка «МАНЭ» на том основании, что для него это не важно. Но для установления наличия мотива поджога хронология событий оказалась очень даже важна.

«Вопрос Андреева С. В.: когда именно состоялась вышеописанная Вами встреча с заместителем мэра Вороновым?

Ответ Хачатряна Ф. К.: эта встреча с Вороновым состоялась после моей встречи с Андреевым в конце 2003 года, начале 2004 года.

Пояснения Андреева С. В.: Воронов В. А. вступил в должность первого заместителя мэра г. Новосибирска летом 2004 года. Соответственно ни каких указаний для встречи с Хачатряном Ф. К. он мне дать не мог»

И Хачатрян неожиданно заявляет, что: «в настоящее время я вспомнил, что моя встреча с Андреевым С. В. на территории бывшего Славянского рынка произошла в 2004 году».

Напомним, поджог автомобилей – случился осенью 2003 г, т.е. за год до конфликта между Андреевым и Хачатряном.

Но и это ещё не вся правда. Ф. К. Хачатрян сильно лукавил, рассказывая о 4 гектарах, о которых, якобы, договаривался с Андреевым.

В ходе расследования дела 13435 и выделенного из него дела 10241 были получены показания бывшего вице-мэра В. А. Воронова, в которых, Виктор Алексеевич пояснил, что Сергей Андреев в принципе не мог вести какие-либо переговоры по поводу выделения земли Хачатряну, поскольку работал в департаменте Потребительского рынка и содействия предпринимательству, а земля находится в ведении департамента земельных отношений и имущества. Точка.

Иначе говоря, ни поводов для поджога автомобиля Андренева С. В. Хачатряном Ф. К., ни поводов мести за сожжённый «Геленваген» в 2003 году не было и не могло быть. Версия следствия – выдумка в чистом виде. Попытка подогнать под обвинение факты, связать которые между собой можно только с помощью машины времени.

Вообще, машина времени – это любимое средство передвижения следователей. Она позволяет свободно перемещаться во времени и пространстве, одним и тем же людям в одно и то же время производить процессуальные действия в разных точках планеты, произвольно перемещать и перемешивать события, так, чтобы они укладывались в логику следствия, не заморачиваться сложностями хронологии, а сосредоточиться на весёлом творчестве раскладывания бюрократических пасьянсов.

Это понятно всем, кроме следователей и того, кто озвучивает их официальную версию – Владимира Маркина. Точнее, понятно и им, но если следовать логике фактов, то мгновенно умрёт логика ПРОПАГАНДЫ, а с ней и впечатляющие успехи Следственного Комитета РФ.

Не менее эффектно Владимир Иванович жонглирует цифрами. И здесь не слишком утруждая себя точностью и последовательностью. И он прав: потребители пропаганды не запоминают конкретных цифр. Они оперирую понятиями: «много» и «очень много», «кошмар, что творят!», «совсем офигели!».

Вот что генерал Маркин накануне начала судебного процесса: «В ходе расследования допрошено более 500 свидетелей, проведено более 100 выемок и обысков. Причём в начале потерпевшие неохотно давали показания, опасаясь за свою жизнь».