– Я готов, мать твою! – заплетающимся языком пробормотал Крис.
Сейчас он бы согласился на что угодно ради любви к Робин. На губах Макса играла хитрая плотоядная улыбка.
– Тогда нахрен тянуть! – выпалил он, почесывая подбородок своей густо наряженной в кольца рукой. – Едем!
– По крайней мере, я этого всего не готовила, – как можно более безразлично заметила Патти, доставая креветку из салата.
Она прекрасно делала вид, что ее ничего не волнует. И поверить в это мог кто угодно, кроме Робин. Уильямс слишком хорошо знала подругу, чтобы купиться на ее безразличие, которое было лишь прикрытием для безмолвного раздражения. То, как Макс уволок Криса и Бена с собой, было, конечно, полнейшим свинством, да и Патти не любила, когда ее планы нарушают, но Робби не могла ничего с собой поделать: женская солидарность не срабатывала. Наоборот она была рада, что Крис наконец получил шанс поладить с ее братом.
– Не думаю, что они надолго, – Уильямс попыталась успокоить подругу. – Не думаю, что Крис…
– Я вообще удивляюсь, как ты его отпустила с Максом, – перебила ее Патти, теперь в голосе явно звучало раздражение. – Не боишься, что он вернет твоего драгоценного жениха по частям.
Робин улыбнулась, прежде чем ответить. Слово «жених» все еще звучало по-новому, но было чертовски приятным. Как любимая песня, звучащая по радио до того, как ее успеют заездить до дыр.
– По частям? – переспросила девушка. Робби была до того беззаботной, что даже это начинало раздражать. – Макс же не якудза.
– Нет, – согласилась Патриция. – Что не помешает ему вернуть твоего ненаглядного ближе к утру. – В отличие от подруги, она трезво смотрела на вещи, и знала, что Уильямс так просто Мартина не отпустит. А если они с Беном по дороге сумеют вызвонить своих общих друзей, то отряд по уничтожению алкоголя вряд ли ограничится одним баром и несколькими часами сплетен о бывших и нынешних. Икаться им сегодня будет ближе к утру. Тогда, когда Бэйтман планировала уже видеть десятый сон. Она как-то совсем недобро улыбнулась и добавила заговорщицким тоном: – Твоего ненаглядного и его заспиртованную печень.
– Похоже на сцену из фильма про мафиози, – сказала Скай, заходя в кухню.
– О якудзе, – уточнила Робби и глупо захихикала. Похоже, Макс Уильямс – японский мафиози доставлял ей не хуже марихуаны. Хотя, если хорошенько подумать, то по крайней мере по количеству росписей на теле он не уступал ни одному из этих суровых мужиков из страны восходящего солнца.
Скай захлопала ресницами, переводя взгляд с одной девушки на другую. Она была явно не в курсе того, что происходило в этом доме в последние часа полтора, потому что ожидала увидеть подруг далеко не в таком приподнятом настроении. Если тебя динамят со свиданием и сваливают бухать мужской компанией, обычно это вызывает дикое желание замутить ответку. По крайней мере, это бы сделала сама Иендо. А потом снесла бы голову самурайским мечом этому бухому ублюдку, когда он с перегаром приползет извиняться. Сама того не желая Скай тоже улыбнулась.
– Якудзе? – переспросила она.
– Не обращай внимания, – ответила Патти. – Долго рассказывать.
– Не так уж и долго, – вмешалась Робби, отдышавшись после взрыва веселья. – Все дело в Ма…
– Том, о ком мы сегодня не говорим, – осадила ее Бэйтман. Единственное, чего ей недоставало, так это одного из главных дизайнеров в реабилитационной клинике. А если Скайлер опять начнет пить и плакать, то дело где-то там обязательно и закончится.
Теперь настало время Робин изумленно смотреть на подруг.
– Да все нормально, Пи, – произнесла Скай бодрым тоном, но голос предательски дрогнул, когда она сообщала ошарашенной Робин: – Трахнулись с ним пару раз в Малибу. И больше ничего.
– Вы… – вспыхнула возмущением Робин, вспомнив то утро, когда едва не застукала их в постели. Если бы не Бен… Она помотала головой, отгоняя слишком ярко нарисовавшиеся перспективы. Хорошо, что она не довела тогда дело до конца.
– Давайте сменим тему, – предложила Патти, сделав глоток вина. – Я еще слишком трезвая, чтобы вести такие разговоры.
Скай сходу ополовинила свой бокал и улыбнулась Робин. Та всячески светила своим громадным кольцом, как только Иендо появилась на кухне, хотя это было совершенно излишним. Чертов бриллиант сам требовал к себе внимания.
– Расскажи лучше, как это оказалось у тебя на пальце.
Патриция притянула бутылку кьянти поближе к себе и плюхнулась на табурет. Ее ожидала очередная пытка волшебной и удивительной историей о предложении, которая с каждым разом обрастала все новыми подробностями и неизменно заканчивалась охами и ахами по поводу неимоверной красоты розового бриллианта. Она взглянула на дисплей «блэкберри». Мужчины ушли всего три часа назад, и теперь ей не меньше Уильямс хотелось, чтобы они волшебным образом вернулись и прекратили эту пытку.
– Мы отправились гулять на Монмартр… – начала Робби свою историю.
