– Я рада, что Аура в безопасности, – сказала Хоури. – И спасибо за помощь. Мне очень жаль, что так вышло с Клавэйном.
– Мне тоже, но выбора не было. Скади взяла нас за глотку. Она подготовила западню, и мы сдуру туда угодили. Едва Скади поняла, что не получит никакого преимущества, владея Аурой, она заявила, что готова вернуть ее нам. Но не хотела отпускать нас, не поиграв как кошка с мышками. И не рассчитавшись с Клавэйном за прошлые обиды.
– Но то, что Скади с ним сделала…
Скорпион нежно прикоснулся к ее волосам:
– Не думай об этом сейчас. Вообще не думай об этом, если сможешь.
– Он был твоим другом?
– Наверное. Если у меня вообще когда-нибудь были друзья.
– У тебя были друзья, Скорп. И по-моему, до сих пор есть. Теперь будет на двух друзей больше, если пожелаешь.
– Ты и Аура?
– Мы обе обязаны тебе.
– Что ж, намек понял.
Ана рассмеялась. Приятно, когда кто-то смеется. Хоури была последней, чей смех он ожидал услышать. Прежде чем они отправились на айсберг, эта женщина, подобно ниспосланному с небес запрограммированному орудию, сразила его своим однопредметным помешательством. И вот теперь Скорпион понял, что Ана так же слаба и человечна, как все они. Что бы слово «человечность» ни означало для свиней.
– Я тебя кое о чем спрошу, не возражаешь? Если хочешь еще отдохнуть, могу зайти попозже.
– Принеси воды, пожалуйста.
Скорпион подал кувшин с водой, на который она указала. Хоури выпила половину, вытерла губы.
– Спрашивай, Скорп.
– У тебя есть связь с Аурой? Через имплантаты Ремонтуара?
– Да, – неохотно ответила она.
– И ты понимаешь все, что видишь и слышишь через эти штуковины?
– О чем ты?
– Ты сказала, что Аура говорит через тебя. Хорошо, это мне понятно. Но ты когда-нибудь принимала чужую передачу?
– В смысле?
– Ты слышала об отголосках войны с волками? Мы ловим утечки переговоров. Обрывки передач, которые проникают через бреши в защите. Принимала ли ты когда-нибудь от Ауры такие утечки, непонятные обрывки сообщений?
– Не знаю.
Теперь ее голос уже не был таким счастливым, как минуту назад. Хоури нахмурилась. Иллюминаторы снова наглухо закрылись.
– О чем конкретно ты говоришь?
– Конкретно не получится, это всего лишь догадки. – Он ущипнул себя за переносицу. – Когда мы достали тебя из капсулы, Валенсин вколол успокоительное. Потому что ты не позволяла себя обследовать. Ты вырубилась и заговорила во сне.
– И что же я наговорила?
– Ну, кроме прочего, сказала слово «Хела» или что-то вроде. Похоже, для тебя это что-то значило, но, когда я потом спросил, ты изобразила вежливое непонимание. Я был склонен поверить, что это слово для тебя действительно пустой звук. Но сейчас спрашиваю, означает ли оно что-нибудь для Ауры?
Хоури взглянула на свинью с подозрением и интересом:
– А для тебя оно что-то значит?
– Да вроде нет… И вообще, для любого на Арарате это бессмыслица. Но в масштабе человечества может иметь практически бесконечное число смыслов. Столько языков в разных системах! Столько людей!
– Сейчас я ничем не могу тебе помочь.
– Понимаю. Но пока я сидел тут и ждал твоего пробуждения, ты сказала кое-что еще.
– И что же?
– Куэйхи.
Хоури взяла кувшин и допила воду.
– Не знаю, что это такое, – сказала она.
– Жаль. Я надеялся, ты хоть что-то вспомнишь.
– Пойми, Скорп: эти слова могут иметь какой-то смысл для Ауры, но не для меня. Я всего лишь ее мать. А Ремонтуар не умеет творить чудеса. Он создал между нами связь, но это не означает, что мне известны все мысли Ауры. Я бы тогда просто спятила.
Помолчав, Хоури добавила:
– У вас есть базы данных и компьютеры. Почему бы не воспользоваться ими?
– Я так и сделаю, когда немного разберусь с делами. – Скорпион поднялся со стула. – И вот еще что. Я слышал, ты обратилась к доктору Валенсину с некой просьбой.
– Да, я говорила с доком.
Она сказала это с наигранным спокойствием, словно передразнивая прежние интонации Скорпиона.
– Я понимаю почему. И мои симпатии на твоей стороне. Если бы мы могли сделать это, не рискуя вашими жизнями…
Хоури закрыла глаза:
– Аура мой ребенок. Ее украли у меня. И я хочу родить ее так, как назначено природой.
– Прости, – покачал он головой, – но я не могу этого позволить.
– И обсуждать тут нечего, да?
– Боюсь, что так.
Хоури ничего не ответила, даже не отвернулась, но Скорпион понял, что она отстранилась, скользнула за барьер, которого он не видел и не ощущал.
Он был готов к тому, что Хоури, получив отказ, разрыдается. Или не станет лить слезы, но обрушится на него с проклятиями или мольбами. Однако она сохранила ледяное спокойствие, ничего не сказала, словно заранее знала ответ.
Скорпион шел к лестнице, и по его затылку бегали мурашки. Но это ничего не меняло.
Аура была ребенком. Но еще и оружием, способным дать людям тактическое преимущество.
Антуанетта остановилась в самой глубине корабельного чрева.
– Джон? – позвала она. – Это снова я. Пришла поговорить.
