Пропавшая принцесса полностью

– Ничего, – прошептала я. – Устала. Я немного посплю.

Сил хватило лишь чтобы улечься поудобнее и закутаться в плед. Даже острое чувство неправильности происходящего не напомнило о себе, хотя, когда я засыпала, Кэдерн все еще не спешил покинуть комнату.

Пробуждение было быстрым. Стало ощутимо легче, по крайней мере, усталость уже не чувствовалась, да и настроение стало куда лучше, чем утром. За окном уже стемнело, очевидно, я пропустила все приемы пищи и теперь останусь голодной.

– И часто у вас, Сормат, бывает такое? – раздался голос откуда-то сбоку.

Не желая шевелиться, я скосила глаза. Директор, за неимением стульев и кресел, сидел прямо на столе и что-то писал в большом блокноте. От внимательного взгляда медных глаз мне стало не по себе.

– Какое? – Голос у меня был сиплый.

– Обмороки.

– Я не падала в обморок. Я просто устала после ночного дежурства и очень хотела спать.

– Дейна… – Кэдерн снова закатил глаза.

Когда-нибудь я его убью!

– Что?

– Я могу отличить обморок от простого желания лечь спать. Вы едва дошли до постели.

Он не мигая уставился на меня, и мне показалось, будто у меня волосы на затылке зашевелились. Порой кажется, что Кэдерн прекрасно знает, кто я, и просто играет с жертвой прежде, чем ее поймать.

– Я был на войне, Дейна. Я видел, как люди падали в такие обмороки от переизбытка эмоций, от нежелания воспринимать реальность. Если бы не мое заклинание, вы бы чувствовали себя гораздо хуже, нежели сейчас.

Я молчала, ошарашенно глядя на директора. Заклинание? Я что, действительно была в таком состоянии? Кажется, я недооценивала влияние прошлого.

Не найдя, что ответить, я решила сменить тему.

– Почему вы не уехали?

– Прости? – Кэдерн недоуменно уставился на меня.

И почему он постоянно путает, обращаясь ко мне, «ты» с «вы»?

– Ну я думала, вы уедете, переночевав, – ответила я. – Вы убедились, что я в порядке и мне не грозит опасность со стороны семьи Смиля. Причин оставаться больше нет… как и номеров в отеле.

– Вы должны мне ужин.

Да… который я проспала. Хорошо хоть они не суммируются.

– Сормат! – Кэдерн рассмеялся. – Не надейтесь так легко от меня избавиться. Я дождусь свободного номера, оплачу его и проведу тут свои каникулы, ясно вам?

– Что?! – Я, забыв о слабости, вскочила. – Вы что, собираетесь жить здесь, пока не освободится номер?

– Почему нет? – удивился директор. – Комната, конечно, не ахти, но…

– А ничего, что здесь я?

– Ничего. – Кэдерн лениво пожал плечами. – Ты мне не мешаешь, оставайся.

И опять на «ты».

– А спать мы должны по очереди? – Меня возмущало спокойное лицо директора и его пренебрежительный тон.

– Ты предпочитаешь вместе? – многозначительно усмехнулся Кэдерн.

Я покраснела. Обычно, смущаясь, я злилась.

– Господин Элвид, а как отреагирует король, узнав, какие у директора, да еще и несостоявшегося супруга принцессы, отношения со студенткой? – Я наслаждалась видом замершего от неожиданности Кэдерна.

– Госпожа Сормат, а как отреагирует Варц, узнав, какие у его сотрудницы отношения с преподавателем, которому был положен отдельный номер? – нашелся Кэдерн.

Крыть было нечем. Я обиженно отвернулась.

«Нигде нет таких звезд, как в Алурте. Ими усыпано все небо. Когда-то Фар подарил мне синее платье, расшитое бриллиантами, оно осталось в том месте, которое домом я назвать больше не могу. Я уходила на глазах всего замка, под ехидные смешки прислуги. Я уходила, видя приготовления к помолвке принца, но – самое главное – я уходила, видя темную и хорошо знакомую фигуру Фара, отвернувшегося от окна.

– Прощай, Мадлен, – проговорила королева холодно. – Легкой смерти!

Я вздрогнула от этих слов. Никогда не слышала, как прощаются с обреченными. Я хоть и не была предназначена в жертву, все же удостоилась чести быть к ним приравненной.

Я глянула в последний раз на знакомый замок, который вовсю готовился к празднику. Фар и Вирайна – будущий король и его супруга.

Впереди простиралась дорога».

– Здесь совсем нет картинок, – прозвенел мальчишеский голос прямо у меня над ухом.

Я вздрогнула и едва не уронила книгу.

– Эмиль, ты меня напугал! – воскликнула я.

– Прости, – вздохнуло дите. – Можно я посижу с тобой?