– Что правильно? Ты сам, что ли, с луны свалился? Знаешь же, как они Светку обратно отвезли…
Лиза вспомнила рассказ о девушке, которая пыталась сбежать. По спине пополз холодок. Страшно представить, что с ней сейчас…
– А если и правда этот следак еще не повязан? Пусть посмотрит, хуже не станет.
– Хуже не станет? А если они потом за ней придут? – кивнул на Лизу дядя Женя.
– Она ничего относить не будет. Давай сами сходим? Скажешь, гостила у тебя племяшка, тетрадку забыла, а там такое…
– Угу. Он пойдет и начальству доложит. Тю-тю тетрадка, вместе со счетом.
– Копию сделаем. Со следаком этим по-мужски поговорим. Объясним, что к чему. Про Лизу только не скажем, на всякий случай.
– А если и он уже с ними?
– Да и фиг с ним, Жень. Как будто они не знают, что мы под них копаем.
– Может, и не знают… – засопел дядя Женя.
– А тебя просто так с ножиком встретили. Да, представь себе, – кивнул он раскрывшей рот Лизе. – В больнице лежал, еле спасли. Сказал всем, что гопота наехала.
– Может, и гопота.
Слава закатил глаза. Совсем как Даша, когда она говорила глупости.
– Лиз, а что еще ты узнала? – спросил Слава.
– Сама толком ничего. Вместе с деньгами еще нашла ключ и записку. В ней адрес электронной почты и пароль.
– Пробовала войти?
– Покажи-ка, – перебил дядя Женя, – с собой записка?
– Пробовала, к почте пароль не подошел. Вводила во всех соцсетях, сервисах, тоже ничего. Дядь Жень, я все надежно спрятала, как вы просили, не переживайте. А Полина? – опомнилась Лиза и задала заранее заготовленный вопрос. – Что она узнала? Как вышла на похитителей?
– Да в инете, страница есть…
– Слав! Не надо ей.
– Во ВКонтакте? – догадалась Лиза, вспомнив рассказ Даши.
– Видишь, она сама знает уже. Там типа паблика.
– Молчать, кому сказал! Я одну втянул уже, в жизни себе не прощу…
– Люди Новопетровска, да? – подхватила Лиза.
Слава и дядя Женя не то испуганно, не то удивленно переглянулись.
Лиза затаила дыхание, проигрывая самое сложное для нее место в произведении. Казалось, прошел целый час. Выдохнула, только когда пальцы легко и точно пробежали по клавишам, не допустив ни одной ошибки. Получилось. Кажется, впервые за все месяцы подготовки ей удастся сыграть от начала до конца так, как надо. Почти каждый раз, доходя до этих тактов, она запиналась и начинала заново. Победа. В животе защекотало от радости. Захотелось вскочить и запрыгать, но Лиза тут же подавила это желание. Вставать нельзя.
Хорошо, что вчера не согласилась переночевать у Полининого дяди. Однако, засыпая в пустой квартире, она так не думала. Дядя с женой накормили ее домашней едой и даже предложили вместе съездить за вещами. Она отказалась. Не разрешила и проводить себя до двери. Чувствовала, что иначе не сможет войти в пустую квартиру.
После их уютного дома, полного шума и семейных хлопот, здесь стало совсем одиноко. Как никогда Лизе захотелось вернуться к родителям. Девушка всю ночь ворочалась, переживая за папу в больнице. Представляла, каково маме одной. Утром же непривычные эмоции схлынули, словно прошло опьянение и наступила трезвость. В один миг она вспомнила, к чему шла всю сознательную жизнь.
Нужно закрепить успех. Если не повторить как можно скорее, вместо навыка получится случайная удача. Доиграв, она тут же принялась заново. Затаила дыхание и… Услышала дверной звонок. Пальцы сбились с ритма. Вот бы это был Платон, или Даша, или кто угодно, но только не тот, кто должен был прийти. За дверью стоял Попов. Лиза сразу узнала дядьку с усами. Затем она разглядела еще двоих. Между ними вертикально стояла коробка с электронным пианино. Хотя бы полноразмерное, играть можно.
Пока гибрид разбирали, Лизе казалось, что она смотрит в обратной перемотке тот самый счастливый день, когда его сюда привезли. Впереди были четыре года музыкального колледжа. Предвкушение, легкое волнение. Начало ее пути к карьере профессионального музыканта. Теперь впереди неизвестность и страх. Четко прописанный план на ближайшие десять лет покачнулся. Нужно было приложить все усилия, чтобы он окончательно не рухнул.
Собрать новый инструмент не предложили. После ухода Попова с помощниками Лиза сама распаковала коробку. Думала, что не сможет установить пианино на стойку, но с легкостью справилась. Вряд ли дело в силовых тренировках. Инструмент оказался практически невесомым. Лиза села на банкетку – единственное, что сейчас напоминало о стоявшем в комнате гибриде. Нажала кнопку включения. Опустив пальцы на клавиши, она вдохнула и не смогла выдохнуть. Вместо того чтобы с ударом, похожим на биение сердца, полностью прожаться, клавиши только наклонились.
