Она вела себя как стерва, но он раздражал ее. На этом ее доброта к нему сегодня закончилась. Спустя час тщательного прочесывания файлов Лотти подняла взгляд и увидела Бойда, стоявшего в дверном проеме и вопросительно кивавшего головой.
— Тут нет ничего необычного, — сказала она. — В ее личных папках лишь информация о налоговых отчетностях и медицинских страховках. Хотя кое-что может показаться интересным. Например, протоколы заседания группы под названием «Резиденты против призрачных поместий» примерно за год. — Лотти потянулась. — Нашел что-нибудь на компьютере Брауна?
— Ничего, что было бы мне понятно.
— Нам нужен кто-то, кто разбирается в этом деле, чтобы понять, есть ли тут что-то подозрительное или сомнительное, — сказала Лотти. — Пойду пообщаюсь с Главой Окружного совета.
— Мне пойти с тобой?
— Проследи, чтобы эти файлы заархивировали — или как вы там это называете — и отвезли в участок. Будь по-настоящему полезен делу.
Лотти вышла, не дожидаясь ответной реплики Бойда.
В свои сорок пять лет Джерри Данн был одним из самых молодых Глав Окружного совета в стране.
Он управлял бюджетными поступлениями, насчитывающими миллионы, и капитальным бюджетом по нисходящей, когда рецессия ударила по инфраструктурному развитию. В годы Кельтского тигра[5] он курировал многомиллионные проекты, в том числе автомагистраль, пересекающую весь округ. «Борющиеся автомобилисты никакого утешения в этом не нашли», — подумала Лотти, пролистывая ежегодный отчет советника, сидя возле его офиса и ожидая, когда ее пригласят войти. Люди не могли позволить себе горючее, автомобили; они не могли позволить себе платить налоги, а кто-то не мог добыть и еды на стол. Джерри Данн продолжал ежегодно зарабатывать свою сотню тысяч вдобавок к жалованию, и Лотти была уверена, что он один из тех, кто меняет свою машину каждое Рождество. Его биография показалась Лотти интересной. Она подумала о своем убывающем банковском балансе и нахмурилась.
Секретарь прощебетала Лотти войти. Офис Главы Округа был в два раза больше, чем офис Брауна. Воздух в помещении охлаждал кондиционер. За окном на карнизе лежал снег, а на стекле запечатлелись мистические узоры от прибитых ветром хлопьев снега. Сетевой ноутбук и телефон были единственным дефектом на гладкой поверхности деревянного стола советника.
— Сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь, инспектор, — сказал Данн. Поразительные черты его лица были словно результат непрекращающегося стресса, уголки рта опущены. В короткие темные волосы, затеняющие уши, прокралась седина.
— Мы все потрясены этими смертями, — сказал он; его взгляд, казалось, проникал Лотти в самую душу. Она почувствовала к нему жалость — вряд ли он, конечно, смог бы это прочитать. Были времена, когда такие беседы ничуть не затронули бы ее, но так было раньше. Сейчас все было иначе, и жизнь ее стала другой. — Двое уважаемых сотрудников моего офиса, в один день. Сложно в это поверить.
— Есть ли что-то в этой работе, что могло побудить кого-то убить Сьюзен? Или даже Джеймса, хотя мне следует утверждать, что на данный момент его смерть классифицируется как самоубийство.
Лотти изучала лицо Данна и обнаружила реакцию на свой вопрос.
— Они оба работали с программным приложением для планирования. Порой им приходилось оказываться под давлением разработчиков или политиков. Инспектор, я могу поручиться, что мои сотрудники придерживаются самых высоких этических норм.
Он говорил медленно и размеренно, словно подготовил речь заранее.
— Им угрожали? — спросила Лотти.
— О, да. Как и другим сотрудникам. В эру Кельтского тигра у разработчиков были миллионы евро на покупку земель. Получение разрешения на строительство крупных жилых комплексов, торговых центров, промышленных объектов и прочего обеспечило бы им прибыль. Те, кто поздно вошел в это дело, потеряли все, а те, кто вовремя уловили момент, нажили себе состояние.
— Какого рода были угрозы?
— Телефонные звонки, письма… — Данн пожал плечами и добавил: — Однажды я получил пулю в миниатюрном гробу.
Лотти вспомнила этот инцидент.
— Обо всех этих угрозах сообщалось?
— Да, конечно. У вас должны быть отчеты по ним.
— Конечно, я проверю.
— Да, инспектор, проверьте, — сказал Данн, сжав губы, будто подводя черту в данном вопросе.
Он упрекнул ее? «Соберись, женщина!» — отчитала себя Лотти. Его сложно было прочесть. Корриган, по крайней мере, кричал и вопил, и она знала, как вести себя с ним.
— Их текущие документы по планированию — мне нужно их посмотреть. Знаю, вы скажете мне, что они конфиденциальны…
— Напротив, — прервал ее Данн, — вся информация по планированию находится в общем доступе. Я позабочусь, чтобы вам ее предоставили. Это все?
— Где вы были вчера в районе полудня?
— Я вернулся рано утром из короткого отпуска, который провел в Лансароте вместе со своей женой Хейзел. Кажется, наш рейс был последним, который допустили перед закрытием аэропорта в связи с метелью. Остальное время я провел дома.
— Хейзел подтвердит это?
Обнажив в улыбке белоснежные зубы, не моргнув и глазом Данн ответил:
— Уверен, что подтвердит.
