– Я бы никогда не отправила незавершенный документ!
– А они утверждают, что он обрывается на восьмой странице.
– Нет, здесь какое-то недоразумение. Я полностью написала текст. И вообще, не в моих правилах отправлять работу, которая не доведена до конца. Я всегда все тщательно проверяю.
– На первой странице было написано «Версия I», – произнес Джордж. – Сколько всего версий вы подготовили?
У меня голова пошла кругом. Я действительно не помнила, отправила ли Люси окончательный вариант.
Джордж теперь тоже говорил со мной холодно и почти враждебно. Я знала: он наверняка уже проверил финальный вариант под номером четыре, но, в конечно счете, именно ему приходилось отвечать за то, что отправлена была неполная версия анализа.
– Прежде вы тщательно все проверяли, – сказал он. – Почему я и решил полностью вам довериться. Но в последнее время, Ханна, дела у вас пошли… вкривь и вкось, ваша работа стала совершенно неудовлетворительной.
– Причем, насколько я установил, пострадало не только качество вашей работы, – заметил Алекс. – Ваше поведение стало непрофессиональным. Вам уже вынесли устный выговор, но вы даже не попытались восстановить свою репутацию упорным трудом. Постоянно опаздываете и слишком рано уезжаете из офиса. Вас видели плачущей в своем кабинете. И не далее как сегодня вас застали в объятиях одного из коллег.
– Что?
– Понимаю. Вы переживаете сложный период. До меня дошли слухи о том, что вы расстались со своим прежним мужчиной.
Мой мозг словно пронзила молния. От кого Алекс мог услышать об этом?
– Но все это не отменяет базовых основ вашей деятельности, ниже которых вы не имеете права опускаться при любых обстоятельствах. Мы занимаемся важными делами, Ханна. И обязаны выполнять свою работу на высочайшем уровне.
Уязвленная его словами, я произнесла:
– Мною были своевременно переданы Люси для отправки упомянутые вами документы. Анализ по компании «Пауэллс» я завершила и перепроверила. Как и бумаги для «Джонстауна». У Люси было достаточно времени на их вычитку и отправку. – Я протянула руку к списку. – О каком третьем случае идет речь? О НРС? И это тоже определенно Люси получила вовремя.
Мужчины переглянулись. На лицах отобразилось холодное и неприязненное выражение. Они явно ожидали от меня чего-то подобного.
– Люси утверждает, что не получала от вас и этой работы. Вы проставляли даты по завершении подготовки анализов? Вы действительно отправили все ей?
– Да, конечно!
Я уже не могла ни в чем быть уверена, но сейчас мне важнее всего было поскорее закончить встречу. В небольшой комнате царило невыносимое напряжение, и терпеть его я дольше уже не могла. Если бы задержалась, то начала бы рыдать или кричать.
– Дайте мне десять минут, – сказала я, – чтобы я предоставила вам доказательства.
Алекс пожал плечами:
– Хорошо.
Я встала, отодвинув в сторону стул.
– Спасибо. Я вас не задержу.
Стремительно сбежав вниз по ступеням лестницы, я прошла вдоль коридора к своему кабинету. Люси не оказалось на месте, и я не сомневалась, что ушла она специально. Мой компьютер автоматически отключился.
– Давай! Давай же! – Я в нетерпении выстукивала пальцами дробь по монитору, пока он не ожил и не засветился вновь.
Сделала попытку войти в систему, но перед глазами плыл туман, и я только с третьего раза сумела ввести правильный пароль. Открыла свой почтовый ящик и в разделе отправленных писем принялась просматривать те, что посылала на адрес Люси. Казалось, их тысячи, а дат я теперь не помнила. Просто листала список сверху вниз. Но потом вдруг замерла, заметив краем глаза нечто необычное.
Я тяжело опустилась в кресло. В нижнем углу монитора появилась надпись: «Внимание! Замечено движение!» В правой части монитора я могла видеть свою гостиную. Но заметить успела немногое. Лишь как закрывалась дверь комнаты. Но я ведь сама закрыла ее сегодня утром!
Я молча глядела в экран, но больше ничего не происходило. Нажала на перемотку и повторное воспроизведение. Это заняло всего пару секунд. Дверь гостиной открылась на пару дюймов, и я увидела смутную тень на стене. Затем дверь закрылась.
Я повторяла запись снова и снова. Забыла о письмах, отправленных Люси, о незаконченных аналитических справках. Я лишь смотрела на то, как дверь моей гостиной открывается и закрывается, открывается и закрывается, пока не возникло ощущения, что у меня сейчас расплавится мозг.
Я встала. И тогда заметила нужные мне письма, напоминавшие, чем мне сейчас следует заняться в первую очередь. Но я покачала головой. Ничего, это подождет.
Я проверила в сумке, на месте ли ключи, и буквально сорвала свой жакет с вешалки.
Все, решила я. Мэтт не посмеет больше проникать ко мне в дом, пытаясь свести меня с ума. Мне нужно скорее вернуться, застать его там, поговорить с ним. Узнать, почему он ушел. И не только это. Почему Мэтт упорно возвращается?
Но когда я добралась до дома, то не заметила вообще никаких признаков, что там кто-то побывал.
