— Так вот, тебе не удастся коснуться своими гиперсексуальными пальцами моего белоснежного тела, пока ты не ответишь на мой вопрос. Что заставило нас все бросить и мчаться черт знает куда? И превратило меня в бесчестную женщину… Мистер и миссис Гринстайн, я видела, что ты записал в регистрационной книге отеля.
— Пожалуйста, имей терпение. Мы поженимся через несколько дней, все будет по закону…
— Отвечай на вопрос, хватит увиливать.
— Я отвечу сегодня. Обещаю. — Он взял ее руку в свою, нежно поцеловал ладонь, пробежался на ней кончиком языка. По ее телу пробежала дрожь, она попыталась вырвать руку, но Хэнк крепко ее держал.
— Перестань! Ты по-прежнему не ответил на мой вопрос!
Она дернулась сильнее, и при этом простыня соскользнула, открыв коническую, идеальной формы грудь. Тут уж Хэнк отпустил пальцы Френсис и наклонился, чтобы обхватить губами розовый сосок. Френсис задрожала еще сильнее, обхватила его голову руками.
— Господи, ты знаешь, как сменить тему разговора, — хрипло прошептала она, пока он стягивал с нее простыню. Они оба рассмеялись, когда поднос с завтраком упал на пол, но не прекратили любовных ласк.
Телефон на прикроватном столике зазвонил, когда они уже спокойно лежали, чуть соприкасаясь разгоряченными телами.
— По крайней мере им хватило такта подождать, пока мы закончим, — хохотнула Френсис. Хэнк перегнулся через нее, взял трубку. Гринстайн несколько минут слушал, изредка кивая.
— Хорошо. Увидимся в одиннадцать часов.
— Ты собираешься мне сказать, по какому поводу тебе звонили? — Френсис встала с кровати.
— Насчет того дела, которое привело нас в Австралию. Я вернусь быстро. Почему бы тебе не походить по магазинам? Встретимся в отеле.
— Нет.
— Говорят, в Сиднее прекрасные магазины. Одежда из шкур кенгуру, маски и статуэтки, которые аборигены вырезают из дерева…
— Заткнись. Я иду с тобой.
— Игрушечные медведи-коала, овечьи шкуры, опалы…
— Ты меня не слышишь, коварный соблазнитель беспомощных женщин? Ты не заставишь меня сидеть одной в этой вонючей дыре.
— «Шеврон» — лучший отель города!
— Ты знаешь, о чем я. Где ты должен быть в одиннадцать часов?
— Я же говорил тебе, это деловая встреча…
— Нет, ты не говорил. Поэтому я иду с тобой. Времени спорить у Хэнка не было, и он уже понял, что на этот раз переубедить Френсис ему не удастся.
— Хорошо, можешь пойти, но с одним условием: ты будешь только слушать. Мы встретимся с незнакомыми тебе людьми, с которыми я должен поговорить. Надо уладить кое-какие проблемы. Если ты не будешь вмешиваться в наш разговор, обещаю все тебе рассказать, как только будут достигнуты взаимоприемлемые договоренности. До конца этого дня. Ты согласна?
— Значит, ты признаешь, что у тебя есть секреты?
— Я адвокат, и меня учили ничего не признавать, нигде и никогда.
— Негодяй. Куда мы идем?
— В отличный ресторан, который называется «Рейнкастл бистро», славящийся прекрасным австралийским вином и отменной кухней.
— Понятно. Дешевый розовый портвейн и жесткие стейки. Сначала я приму душ.
— Вы, британцы, очень уж строги к своим колонистам.
— Отведав еду, ты поймешь, почему мы отправляли их сюда в кандалах.
Таксист высадил их напротив дверей ресторана, но дождь лил с такой силой, что они промокли, пока добежали до двери.
— Я думала, что Австралия — страна вечного солнца, — пожаловалась Френсис.
— Не в это время года. У них сезоны противоположны нашим. Скоро будет зима.
— Тогда пусть они наслаждаются ее прелестями без меня. Дорогой, я должна привести в порядок волосы. Где я тебя найду?
— В баре. Я закажу самый экзотический австралийский коктейль, какой только у них есть.
— Я не пью пива. Вернусь через минуту.
Хэнк постоял у входа в бар, оглядывая зал ресторана.
Заметил Узи, когда тот поднялся из-за столика у дальней стены.
Охотник за нацистами направился к нему, протягивая руку.
— Добро пожаловать в Австралию, Хэнк. Рад видеть вас здесь. — Они обменялись рукопожатием.
— Я бы хотел разделить вашу радость. Но в любом случае я здесь и готов двигаться дальше. Где наш объект?
— За столом у крайнего окна, видите? С обширной лысиной в обрамлении венчика седых волос. Стол на четверых, но два места пустуют. Я позаботился о том, чтобы к нему и его жене никого не подсаживали.
— Хорошо. Письмо прибыло?
— Только-только. Курьер принес его этим утром. Узи достал из кармана белый конверт, протянул Хэнку, который тут же его вскрыл. Внутри лежал один листок. Хэнк развернул его, прочитал письмо, кивнул.
— Думаю, проблем не будет. — Он убрал письмо в карман. — Начинаю действовать.
— Я подожду в баре, посмотрю, как все пройдет.
— Как по маслу. Ему ничего не останется, как сказать: «Да».
— Почему вы так уверены? У нас есть определенные сомнения. Я даже подготовил альтернативный план, на случай…
— Узи, пожалуйста. Приберегите ваш альтернативный план для будущих времен. Я говорил с Нью-Йоркцами, а с некоторыми даже работал. Не волнуйтесь. Дело в шляпе. Вам остается только сидеть и восхищаться моей виртуозностью.
— Надеюсь, что вы окажетесь правы, Хэнк. Действительно это ваша игра, и вы знаете, как довести ее до требуемого результата.
