- Вы тут про политику и экономику мне не рассказывайте, - строго сказал полицейский. - Это вам государство должно в ваш собственный частный дом провести канализацию и построить туалет? Ваш дом - вы его и содержите, как хотите. Или, если чиновник получает хорошую зарплату, так его теперь уже и не защищать из-за таких, как вы? Про зарплату, да? Вот у меня тут есть перечень должностей с низкой зарплатой, с которыми мы должны работать без учета какой-либо пропорции. Вы не уборщица, случаем? Не посудомойщик, часом? Нет? А-а-а, менеджер по продажам... И наконец, если уж у вас такая маленькая зарплата... Кстати, как вы на нее живете-то? Как коммуналку оплачиваете? Но если уж так все плохо и бедно - кто мешает вам найти другую работу? Ту, за которую вы получите нормальные деньги. С которых будут нормальные налоги. С которых опять же вас и приму уже не я, а кто-нибудь рангом повыше. И может, даже кофе предложит. И разберется во всем. А у меня, понимаете, лимит времени на вас уже весь вышел. Так что можете теперь идти.
Но Василий Юрьевич еще спросил, а как же ночные хулиганы и его заявление.
- А вот заявление у вас никто не примет. Потому что - как вы к государству, так и государство теперь будет к вам. Прямая пропорция, понимаете? И при этом, обратите внимание, я ни слова не сказал о том, что не верю в ваш минимальный заработок, уважаемый Василий Юрьевич. Так что идите, трудитесь, а если вам так уж мешают хулиганы, так разберитесь с ними сами, как гражданин и как мужик, в конце концов. Все, все. Идите уже. У меня там еще люди в очереди.
И Василий Юрьевич пошел домой - а что он еще мог поделать? Раз у них теперь такая пропорция.
