Если бы кто-то смог увидеть марево Эфира, почувствовать мощь стихии, то отпали бы все вопросы о том, как несовершеннолетний парень сумел победить главу своего рода и удержать границы.
***
Третий наследник императора, Богдан Александрович, ненавидел провинцию. Ненавидел бездорожье и безвкусные наряды, третьесортных аристократов, мнящих себя равными столичным. Он ненавидел очень многое, но больше всего он ненавидел скуку.
Ни одного достойного соперника за последние пять лет, ни единого дуновения свежего воздуха в замшелой и закостенелой Империи. Лишь редкие нападения Африканской Коалиции разбавляли его скуку, привносили разнообразие в его пустую жизнь, в которой всё было слишком просто.
И вот теперь по назначению отца Богдан в заштатном городишке на окраине Империи. Официально – для создания имиджа. Неофициально – чтобы третий наследник развлёкся охотой на тварей.
И что Богдан увидел, явившись в занюханный Тугольск? Плохие дороги, безвкусные наряды и дешёвые доспехи местных аристо. По дороге к форпосту они сменили две машины, увязшие в колеях из грязной снежной каши.
«Ну хоть твари на месте», – подумал Богдан, приближаясь к форпосту. Везде были видны разрушения, а местами даже части тел тварей валялись, припорошенные снегом.
Сам форпост не впечатлил наследника – руины, окружённые десятиметровыми стенами, толщина которых достигала пяти метров. Было заметно, что при строительстве были заложены казармы и тренировочные полигоны. Но после вторжения целыми остались только стены, да и то скорее всего стараниями одарённых со стихией земли.
Скука снова овладела Богданом. Он в который раз скривился, глядя на выстроившихся перед ним солдат и командиров. Эти были даже неодарёнными. Какой позор для Империи – простолюдины рядом с аристократами сражаются против тварей.
Если бы не сигнал тревоги, Богдану пришлось бы развлекать себя наказаниями и публичными порками: виноватых всегда можно найти, тем более среди черни.
Солдаты засуетились, начали бегать, как муравьишки, дом которых залили огнём. Третий наследник улыбнулся, глядя на этот переполох. Неужели развлечение само пришло к нему? Сейчас он сделает вид, будто следит за дисциплиной, а сам будет смотреть, как твари разрывают этих неодарённых на части.
Вдруг вниманием наследника завладело нечто удивительное, то, чего он здесь увидеть не ожидал: в воздухе витала сила. Много силы. Будто… будто где-то рядом сражались великие воины, не щадя резерва. Сражались не на жизнь, а на смерть.
Выпрыгнув из ворот форпоста и отмахнувшись от Гурова с Савицким, Богдан побежал в ту сторону, откуда лилась сила. Он словно взявшая след гончая шёл на такую вкусную энергию. Самому Богдану стихии так и не покорились, как и всем императорским ветвям, но ценить силу он умел.
Он ожидал увидеть матёрых воинов, магов вне категорий, а то и легендарных повелителей стихии, о которых читал в детстве. Умом он понимал, что встретить их в каком-то Тугольске нереально, но детские мечты самые крепкие, захватывающие и дерзкие.
Вместо великих воителей Богдан увидел нечто совершенно невообразимое и прекрасное. Юноша младше Богдана сражался с тварями в одиночку.
Сила, бьющая от парня, сотрясала землю, закручивалась вихрями энергии и пронизывала воздух. Бой на пределе сил был настолько невероятным, настолько ярким, живым и потрясающим, что третий наследник облизнул губы, желая ощутить вкус силы. Силы, которой у него никогда не будет.
Богдан жадно следил за движениями, за стойками, выпадами и техниками, за биением магии в руках неизвестного юноши. Кто его наставник? Почему в каком-то Тугольске оказался столь обученный подросток, в то время как у Богдана учитель – какой-то неизвестный барон?!
Он уже хотел прорваться ближе и вытрясти ответы из провинциального аристо, как вдруг заметил рядом зеленоволосую девушку, смотревшую на сражавшегося парня с восхищением в глазах. Её сияющий взгляд так же жадно следил за юношей, как взгляд третьего наследника императора.
Богдан вдруг разозлился. Никто и никогда не смотрел так на него. Даже мать, которая следила, чтобы у любимого сына были лучшие игрушки – от оружия до служанок, готовых исполнять любые его прихоти. Даже она не смотрела на Богдана таким чистым и искренним взглядом.
Он должен разлучить этих двоих, сломать их, растоптать те робкие чувства, которые только начали зарождаться.
Губы третьего наследника раздвинулись в улыбке, от которой придворные убегали в ужасе. Но здесь их не было. Не было и слуг – некому было бежать по коридорам дворца, предупреждая остальных об опасности.
С Дирхом я провела не больше часа, поделилась энергией, полюбовалась, как сверкают молнии на его шкуре, и вернулась в форпост. И сразу же поняла, что пропустила что-то важное. Слишком много суеты вокруг, слишком напряжены дозорные на стенах.
Поспешив к северным воротам, рядом с которыми происходило основное движение, я увидела волну тварей, несущихся к форпосту, и Тараса, который в одиночку расправлялся с ними.
