Когда Зак почувствовал, что Кая перестала сжиматься, задвигался сам. Ему нравились эти её неуклюжие движения. Да, она не Ливафейн — та была настоящей жрицей любви — но с этой неумелой дикаркой ему было намного приятнее, а остальному научится.
Он посмотрел в лицо Каи, и оно тут же смыло все остальные образы. Даже не верится, что он когда-то мог желать кого-то другого. Для него существовала только одна женщина, и она была сейчас под ним, в его власти. И он закрепит свое право владеть ей. Толкнувшись сильнее, Зак принялся наращивать темп. Его движения становились грубее, он перестал заботиться, что Кае, должно быть, больно от каменного пола. Но сам того не осознавая, старался защитить ее и от этого. Прожигая ее багровым взглядом, он просунул руки ей под лопатками и обхватил плечи снизу. Таким образом сделал своеобразную преграду, чтобы при толчке ее тело не так сильно отталкивало. И устроившись так, Зак с удвоенным рвением задвигался, помогая себе руками, будто насаживал девушку на себя. От этого его член проникал ещё глубже, и казалось, что он продолжал увеличиваться.
— Закнеыл, — томно позвала его оборотень. Могло показаться, что она как бы в порыве страсти зовёт его, но она хотела просить медленнее. Не привыкший организм не мог позволить терпеть такое, было больно, неприятно, но… что-то в этом было.
Вместо того, чтобы вскрикнуть, просить, дать понять, что ей не нравится, Кая вцепилась ему в плечи не ногтями — когти зверя от переизбытка чувств вонзились в его плечи, разрывая рубаху и кожу. И запах крови ударил в нос, придавая сексу что-то новое, что-то неправильное и дикое, но такое приятное.
— Больно… — таки выговорила… нет, прорычала Кая, но отчего же она сама не останавливалась? Не может. Нравится! Нравится дикость, нравится боль, которая была терпимой, и которая мешалась со вкусом крови, животного секса. Ненормального для всех, но нормального для них.
— Мне тоже, — прошептал Зак, и с его губ сорвался стон, когда его и так раненому плечу стало ещё больнее. Но запах крови и его пьянил, вызывая на поверхность саму сущность звёздного.
Нет, нельзя, он и так уже сделал ей больно, но как же хотелось! Одна мысль, что он закинет ее ноги себе на плечи или перевернет ее и возьмёт сзади по-звериному, подводила его к концу. Гоня эти мысли подальше, Зак пообещал себе, что обязательно попробует с ней всё, постепенно.
Закнеыл уже не мог остановить заданного темпа, но постарался заглушить эту боль страстными поцелуями, горячим шепотом ее имени на ушко. Ещё немного и он не выдержит.
Кая зажмурилась не то от ощущений, не то от того, что ей стало странно приятно. Лунная возвращала ему эту боль через укусы, но его все же услышала… Будто ладонь ошпарили — она тут же убралась от больной руки, и, не зная, куда деть, Кая запрокинула её за голову, царапая мрамор, создавая неприятные звуки, которые сама же заглушала рыками, даже стонами, то и дело сменяющими друг друга.
Приподнявшись, партнёрша жадно стала слизывать кровь, непонятно какими порывами ведомая. Она просто хотела. Это её добыча, а она — его. И делают они друг с другом, что хотят. Как нежности превратились во всё это — для Каи осталось загадкой. Она заметила его красные зрачки, которые вроде для неё были обычными, родными, но сейчас они были какими-то… нездоровыми, страшными. Наверное, только сейчас пришло это осознание — над ней был звездный эльф — один из садистов и убийц, чьи черты он глубоко прятал внутри себя. Но он был им, и Закнеыл показывал Кае себя настоящего. Было ли страшно? Нет. Она просто приняла его таким. Да, звёздный, но этот звёздный — её мужчина, такой же зверь, хоть и не оборотень. Лунная, как бы говоря это, переместила руку с его плеча на затылок, сильно сжимая волосы в кулак и запрокидывая голову Закнеыла, дабы впиться в его шею страстным поцелуем, оставляя яркую отметину, украшенную царапинами от клыков. Не клеймо, но этот знак, что он принадлежит ей, Кая готова была оставлять каждый день. Назло Гинтару, на зависть этой Ливафейн. Закнеыл слишком резко дернулся вперёд, может, из-за протеста столь грубому действию, а может, понимая и одобряя это. И толчок тот стал для Каи последним шагом в волны удовольствия.
Оргазм лунной был неожиданным и сильнее, чем все оргазмы той ночи вместе взятые. Она вонзила когти в свою ладонь, пронзая кожу; ноги оборотня резко обняли эльфа за спину и толчком прижали к себе, заставляя проникнуть до самого конца. Кажется, Кая что-то выкрикнула, но сама не поняла что. Все было сконцентрировано на том, как мышцы пульсируют, сжимая его член; как запах крови бьёт не меньше, чем пульсация по всему телу. И боль от оргазма. Такая странная, длительная, мощная… Да, идеальный экстаз.
