— Ты ещё такая малышка, — мило улыбнулся Гин. И с его новым лицом это было даже как-то по-отцовски. — Но знаешь, кажется, что Кая намного младше тебя. Ну, а мне… — Гинтар сделал долгую паузу, во время которой с издевкой смотрел на солнечную, но когда она хотела поднять голову, сказал: — Сто девяносто три. Я тебя старше на сто лет, — и зачем сказал это? Но ему нравилось. Отчего-то чувство ответственности за это маленькое чудо возросло в несколько раз. — И когда ты собиралась мне сказать о дне рождения? — с укором спросил он, опуская ладони на её голову и прижимая к груди сильнее.
— Когда-нибудь да рассказала, — отводя глаза в сторону, увильнула от ответа солнечная. Ей вдруг подумалось, что это, получается, и Сектар старше, а она к нему как к младшему относилась. Но она поспешила выкинуть эти мысли подальше. — Ну вот, получается, я самая младшая. Буду называть вас старикашками, — усмехнулась и шуточно пощекотала его.
— Не старикашки, а опытные, — всё с тем же хитрым прищуром ответил Гин. Вот что имел в виду? На этот вопрос он ответил тем, что, взяв под руки солнечную, подтянул выше к своему лицу и поцеловал. Коротко, но глубоко, горячо, чувственно. Уж на эти поцелуи у него силы всегда есть, если учесть, что для него они были сродни с источником вечной силы и жизни.
Этого поцелуя, да и учитывая положение Валанди, было достаточно, чтобы Гинтар возбудился, о чем тут же прокричал маленький… то есть нормальный сигнал. Туманный смущенно отвернулся, мысленно ругая себя за столь открытую слабость, и повернул лицо, выбирая объектом изучения стол.
— Прости, — только смущенно сказал он.
— Что ты? Тебе не за что извиняться, я наоборот рада, что даже в таком состоянии ты на меня реагируешь, — она повернула его лицо обратно и стала с любовью разглядывать: маленькие морщинки в уголках глаз, складочку на лбу, которая под челкой и не заметна; провела пальчиками по щеке и губам — все такой же ее Гинтар. И плевать она хотела на то, как он выглядит. — Ты самый красивый эльф, которого я встречала.
— Даже если вот так? — раз, и он постарел ещё на лет сто. Теперь волосы были не серебряными, а седыми, морщинки стали глубже, кожа повисла и иссохла, но это волшебство продлилось лишь три секунды — не хотел уж совсем над ней издеваться. Сначала он с улыбкой смотрел в её глаза, после чего решил таки ответить на последнюю фразу: — А я влюблён в самую прекрасную солнечную.
— Да, даже через сто лет, через двести… Да хоть на закате времён ты останешься для меня самым красивым, самым важным, самым любимым эльфом, — Валанди поцеловала его и обняла ещё крепче, передавая через эти прикосновения всю свою любовь. Оторвавшись, она положила голову ему на плечо и заговорила. — Хочешь, я сделаю все сама, как в прошлый раз, а ты будешь просто лежать и получать удовольствие? — и рука ее потянулась вниз.
— Тогда я получу физическое удовольствие, но не более, — туманный перехватил её руку и притянул к своему лицу для поцелуя. — Обещаю, я обязательно восполню этот небольшой пробел, а пока давай реш… — Гинтар хотел было поцеловать кисть, но его губы наткнулись на что-то металлическое, и он удивленно скосил глаза на перстень. — Я не помню его у тебя. Где успела купить? — спросил он искренне веря в простоту этой безделушки. Хотя его и поразила эта простота — не такое Валанди носит.
— Нашла на берегу Хэтоги. Подумала, что вернусь, чтобы поискать другие сокровища, но случая так и не представилось, — она давно придумала эту ложь, и хоть врать Гину было очень неприятно, но она все ещё боялась Сектара и того, что он обещал сделать, если она все расскажет. — Не обращай внимания, я его продам при первом же удобном случае.
«Какая умная девочка», — не заставил себя ждать Сектар. Ну вот и голос повеселел, и словно сил набрался. И именно в этот момент он решил с ней заговорить! А что? Услышал в её мысленном воспроизведении слова Гина, так сразу уши навострил.
— И правильно, обычное серебро, — коснувшись ладонью щеки, Гин погладил её и скользнул рукой на затылок, но лишь для того, чтобы зарыться в золотых волосах. — Я вижу тебя в прекрасных драгоценных камнях, найденных тобой в твоих приключениях. Вижу изумрудную диадему и рубиновые серьги.
«Скучно, Гин, очень скучно, — и Сектар видел этот образ, потому что его представляла Валанди. — Женщинам это слушать может быстро наскучить».
— А подле меня прекрасный мужчина в серебре, — она обвела рукой брошь и перенесла ее на голову, перебирая серебряные волосы, — и танцуем мы на горе из золота.
Валанди засмеялась. В сознании она шикнула на назойливую муху по имени Сектар и попыталась снять кольцо, но одной рукой не вышло.
— Моя маленькая, — ласково прошептал Гин и обнял Валанди так крепко, как только мог. Он попытался лечь так, чтобы ей было удобно и ничего не упиралось, прикрыл глаза и правда попытался уснуть.
