— Валанди, — Гинтар напряженно посмотрел на свою копию, словно ожидал, что она немедленно набросится на него. Но неважно! Сейчас нужна лишь Валанди, нужно докричаться до неё. — Милая, это я, настоящий! Мы только-только пересекли Красное плоскогорье, мы ушли искать таверну, а ты… — Гинтар посмотрел на Сектара. Он-то не знал, как вообще это произошло…
— На тебя натолкнулся воришка. Может, он и поставил метку. Метку паука. Ты посмотрела на неё и потеряла сознание.
— Валанди, это правда! Скажи последнее, что ты помнишь!
И как-то уже Гинтар чувствовал себя… спокойнее. Нет, он по прежнему переживал за свою возлюбленную, понимал, что нужно срочно её вытащить, но они уже так часто сталкивались с магией и с такими вещами, что голос уже не дрожал, а голова не пыталась судорожно найти решение. Всё было точно и по порядку — сейчас следовало доказать красавице, что это вымысел.
— Что последнее я помню? — повторила вопросительно Валанди и нахмурилась, силясь вспомнить. — Я обыгрывала гномов в кости, а потом появился Сектар и испортил все веселье… Точно, Сектар! — она резко повернулась к младшему туманному, вспомнив, что он сделал, и зашипела на него: — Убирайся, чтоб мои глаза тебя не видели!
— Милая, ты что-то путаешь, мы все время были здесь, — «паук» приобнял солнечную, и ее взгляд изменился.
— Да, ты прав, мы здесь очень давно. Вдвоём, и никто нам больше не нужен, — эту фразу она бросила в пришедших. Но она старалась не смотреть на Гинтара, будто ей кто-то запрещал это.
— Что ты ей опять сделал? — косо посмотрел старший брат на младшего. Тот только плечами пожал.
— Спас от грабителей.
Знает он, как Сек спасает от грабителей. Сам хуже грабителя.
— Валанди, ты на него не отвлекайся, — повернулся настоящий Гинтар к красавице. — Мы стоим здесь на безопасном от тебя расстоянии. Мы тебе плохого ничего не делаем. Просто задаём вопросы, на которые вместо тебя отвечает… он, — как жаль, что его магия тут не работает — быстро бы заморозил паука и несколько раз бы его вспорол за такие дела. Чёрт возьми, думал, что хоть после долгой дороги в городе отдохнут. И опять напасть! — Появился Сектар. А что дальше? А что было до того, как ты попала в этот лес и в эту избушку? Что было с тобой и… с Гинтаром до того, как вы пришли сюда?
— Мы пересекли пустошь, — начала вспоминать Валанди. — А перед этим у нас была шикарная ночь.
Ее глаза наконец-то сфокусировались на настоящем Гинтаре, и лес вокруг исчез.
— Гин! — Валанди вытянула руку к нему, но белые нити натянулись, не пуская ее.
— Любовь моя, ты хочешь бросить меня? — заговорил сзади нее «паук».
Гинтар бросился было к ней, но Сектар схватил брата за плечо и отбросил назад. Пока вокруг неё паутина, приближаться к ней нет смысла. Если они резанут по разумам Сека или Гина — оба они умрут, и младший это понимал, в отличие от старшего.
— Ты что творишь? — чем это и доказал он, вскакивая на ноги и пытаясь вновь добраться к Валанди.
— Идиот, паутину на ней не разрезать. Эй, солнечная, постарайся их разорвать сама — они к тебе прикреплены, а не к нам, — но он сомневался, что это у неё получится так легко. Нахмурившись, Сектар сделал шаг назад, ближе к Гинтару. — Возможно, опять придётся тату срезать. Ты помнишь, какое зелье вы ей на рану наносили?
— Нет, — да и не верил он, что для двух разных заклятий, пусть и через один и тот же метод, будет годно одно и то же зелье. — Помню только одно растение с трудно выговариваемым названием…
— Солнечная, чего встала? Борись с ним!
— Как? Я не знаю, что делать? — но пока она металась, нитей стало больше.
— Ты должна остаться со мной. Разве тебе было плохо здесь? — убеждала ее иллюзия. — Здесь нет пророчества, нет магов, только ты и я.
— Но ты не настоящий.
— Я настоящий для тебя.
— Нет. Гинтар! — она снова потянулась к туманному, но её все сильнее опутывала паутина.
И Гинтар тянулся к ней, но этого, в отличие от Валанди, держал Сектар.
— Отпусти её! Сек, сделай что-нибудь!
— Главное, что сейчас она знает, что находится в нереальности, — младший был спокоен, но на самом деле, его сердце бешено колотилось в груди. Он ведь не знал, что именно надо делать, не знал проклятий, заклятий, не изучал их так, как Гин, лишь ради своего образования. Да и смотреть, как красавица кричит, как ей делают плохо… Сектар никогда не чувствовал себя таким бесполезным, и неизвестно, какой именно из этих фактов бил его больнее. — Солнечная, продолжай помнить, что ты в иллюзии. Мы постараемся снять печать.
— Нет! — Гинтар не хотел покидать её, когда она в таком состоянии, но раз — они уже в реальности, окруженные взволнованными Каей и Закнеылом.
— Нет. Гин. Сектар! — последнее успела крикнуть Валанди, прежде чем они пропали.
— Удалось? — спросила лунная, но вдруг Гинтар вскочил с кровати и, схватив Каю за плечи, стал трясти.
— Травы! Ты помнишь травы, которыми мы выводили печать! Там было это… с длинным названием! И ещё…
