Оказавшись достаточно высоко, солнечная эльфийка нашла место для привала. Отсюда открывался чудесный вид на Красный город и пустошь. Она уселась, свесив ноги с обрыва, достала булку и просто смотрела вдаль, ни о чем не думая. Красиво здесь, город в лучах заходящего солнца был прекрасен. Что? Солнце уже садится? Быстро дожевав булку, она достала листок бумаги и настрочила записку — обещала же писать.
«Гин, прости, что сбежала так. Надеюсь, ты не сильно разозлился? Мне это нужно. Я в порядке, залезла в горы, отсюда классный вид на город. Я недалеко, так что Кая или Зак легко меня найдут, если понадобится, просто хочу побыть одна. За меня не беспокойся, я скоро вернусь. Твоя Валанди».
Перечитав письмо несколько раз, она свернула его и отправила лететь к хозяину. День прошел. Стало ли легче? Нет.
***
В таверне весь день было скучно. Зак так и просидел в комнате и ни разу не вышел, лишь под вечер, когда проголодался, спустился вниз и заказал ужин. Кая и Гинтар все ещё не вернулись, а Сектар продолжал отлеживаться у себя. Попивая эль, Зак наблюдал за посетителями из самого темного угла и ожидал новостей хоть от кого-нибудь: Валанди или ребят.
Под вечер и младшему туманному стало намного легче. Более того у него проснулся зверский аппетит, да и скучно было. А что его встретило под приятный вечер? Пустота комнат. Никого не было! Ну и что это такое? Связавшись с лунной, Сектар узнал, что они с Гином ждут, когда сделают посох. Отлично, значит им осталось совсем чуть-чуть. Амулеты будут готовы к утру.
Сектар решил отужинать внизу, интересно, что же нынче в головах гномов. Звёздного он если и заметил, то внимания не обратил, садясь за столик, расположенный посреди таверны.
Ну и Закнеыл не стал удостаивать вниманием туманного, лишь красная вспышка в глазах под плащом выдала его, но он быстро скрыл неожиданно вырвавшееся желание убивать.
Ночью Зак проснулся от непонятных криков в одной из соседних комнат и проклял свой хороший слух. Кае повезло больше, она вымоталась за день и сладко спала, не слыша ничего. А когда он выглянул за дверь, чтобы проверить, в чем дело, увидел, как Валанди выбегает из комнаты Сектара.
Как чувствовал, Зак не лег обратно в постель, а прислушивался к тому, что творилось за стеной. И не зря — поймал солнечную в полном обмундировании в коридоре. Правды он от нее, конечно, не добился, но заставил пообещать, что уйдет она ненадолго, иначе он все расскажет Гинтару или снесет голову его младшему брату. Он хотел сделать это прямо сейчас, но Валанди взяла с него слово, что два дня он не будет ничего предпринимать, а там она вернётся и все разъяснит. Но руки так и чесались накостылять этому зазнайке.
Изучая мир через чужие мысли, Сектар не мог не услышать мысли и звёздного. Закнеыл видел, что туманный чему-то усмехнулся, как обычно усмехается взрослый человек, когда на него ругается ребёнок. По возрасту, конечно, это было не так, но в своих силах он был уверен. Один рычаг в голове — и прощай, прощай, гиперактивный Закнеыл. Бедной Кае придётся искать ублажителя на стороне.
Он не боялся, если Гинтар узнает. Сам хотел рассказать, как и обещал Валанди — заявить право на борьбу за её сердце, но после этой ночи так всё сложилось. Сектар успокоился, отдохнул. Теперь он, конечно, жалел, что прогнал её так грубо, но в тот момент знал, что лучшего способа избавить их от ошибки просто не было. Казалось бы, разве он уже её не совершил? Он так нагло лез к ней, соблазнял. Да, младшему было стыдно за это, сердце больно грызла совесть, а смотреть в глаза Гину он бы утром побоялся, но… Всё же одно дело поцелуи и касания, а другое дело — секс. Тогда бы не он один предал брата, но и заставил это сделать Валанди. А сказав всё на чистоту, Гинтар хоть будет готов; это будет честный бой.
Но между тем мысли звёздного продолжали докучать Сектару, и он не мог не издеваться над Закнеылом.
«Как же здорово иногда связываться с другими, когда они так далеко. Хоть знаешь, в порядке ли они», — послал он эти мысли звездному, явно намекая на кольцо.
«И не скучно так жить? Теряется элемент неожиданности, перестаешь удивляться чему-либо. И заменяешь ты это приставанием к чужим девушкам? Свою бы лучше завел», — Закнеыл помотал головой из стороны в сторону, будто отмахнулся от вторжения. Не нравилась ему сила туманного, не хотел он идти с ним на контакт, но и уходить не собирался.
«Да, когда Валанди насиловали и похитили Каю… И когда «убили» её — это же такой замечательный элемент неожиданности. Ради него стоит жить!»
Вот и принесли его тушеные овощи. С каким же аппетитом туманный накинулся на тарелку с едой. Раньше всегда был таким привередливым в еде, особенно если её не готовили дома, но как-то после Басяка ему вкусным казалось всё, что не является… сырым. А вот от питья отказался. Эти помои он пить тут не мог.
