Совершенно неожиданно для себя я перепрыгнул через всех старших инженеров и руководителей групп, проработавших уже более 20 лет в этом отделе и, формально, имевших намного больше прав на эту должность...
Был уже конец рабочего дня. Пал Палыч завел меня в мой отдел и торжественно сообщил моим бывшим коллегам, что отныне я буду руководить ими. Я увидел откровенную ненависть в глазах всех сотрудников возглавляемого мною вот уже несколько секунд отдела.
Придя домой, я радостно сообщил жене:
— Живем! Отныне я — руководитель отдела!
— Как бы чего не вышло, — грустно заметила она.
Ох уж мне эти женщины — они из всего делают проблему!
На следующее утро шеф вызвал меня к себе: надо было обсудить план работы на ближайшее время. Раздался звонок, Пал Палыч снял трубку. Вдруг лицо его покраснело, затем побелело, затем позеленело. Не говоря ни слова, он бросил трубку и пулей вылетел из кабинета.
Вернувшись через час, Пал Палыч снова вызвал меня к себе. Я был уверен: мы продолжим обсуждение плана работ. Но он выглядел каким-то побитым и растерянным:
— Что же Вы скрыли?
— ???
— Ну, что Вы — «отказник»? Меня вызвали в КГБ и показали папку с Вашими данными...
— А как бы Вы поступили на моем месте?
— Борис Яковлевич, Вы не понимаете: КГБ начинает проверять биографии работников, начиная с руководителей отделов и выше. Скажи Вы мне, что Вы — «отказник», я бы дал Вам должность руководителя группы, на которой Вы бы спокойно просидели до пенсии. А сейчас они требуют, чтобы я Вас уволил. Но я постараюсь для Вас что-нибудь сделать...
Мы зашли в отдел. Шеф, стараясь выглядеть как можно более бодрым, изрек:
— Борис Яковлевич решил отказаться от должности руководителя отдела и перейти на должность младшего инженера...
В маленьком институте новости распространяются быстро: все уже знали всю мою подноготную, и теперь я увидел море злорадства в глазах сотрудников возглавляемого мною одну ночь отдела.
Мой лучший друг, воспользовавшись моментом, когда меня не было в отделе, перевел телефон на громкую связь (чтобы всем сотрудникам было слышно каждое слово), позвонил в Житомир моей маме и в разговоре с ней стал сочувственно размышлять о трудностях моей жизни в «отказе».
Мне пришлось срочно уволиться, и мы начали снова искать обмен на любой другой город, т.к. в Хмельницком все пути для меня были заказаны.
К моему огромному счастью, отдел кадров еще не успел запортить мою трудовую книжку двумя абсолютно необъяснимыми с позиций здравого смысла записями...
Арабы создали сказки — «Тысяча и Одна ночь», Шекспир — комедию — «Двенадцатая Ночь», а жизнь — гениальный режиссер — поставила короткую пьесу с моим участием — «Начальник на одну ночь».
***
Все последующие годы были посвящены лихорадочным поискам работы. Почти всюду ко мне относились чуть хуже, чем в Индии относятся к членам касты «неприкасаемых». В Днепропетровском обкоме партии начальник отдела трудоустройства, презрительно щуря глаза, прямым текстом врезал мне в своем кабинете: «А мы вас сюда не звали!»
Но случались и казусы.
Узнав, что в Таллине на домостроительном комбинате берут инженеров да еще дают «малосемейку», я немедленно выехал туда.
Оказалось, начальник отдела кадров — Андреас Пыдер — уже ждал меня:
— А, сдрафстфуйтэ, сдрафстфуйтэ. Так фы отт Уллэ Калвикка? — спросил он.
— Нет, — простодушно признался я.
На этом разговор был закончен.
***
В это время Московская синагога открыла нечто похожее на институт по подготовке раввинов. При этом на 4 года давалась квартира в Москве и солидная стипендия. Я знал идиш в совершенстве, и надо ли говорить, что я был одним из первых его абитуриентов. На собеседовании старый Ребе сказал, что мне следует приехать к ним еще раз, т.к. отбор и зачисление будут производиться после праздников.
Была ранняя осень, и я уточнил:
— После «Октябрьских» праздников?
С Ребе чуть не слетела шляпа:
— Дурак! — После «Симхат Тора»!
Очень редко жизнь — равнина:
Не видать мне сан раввина.
***
Всю мою группу (кроме меня) после окончания МЭИ оставили в Москве — в «Гидропроекте». Оксана Николаенко — моя однокурсница, — приехав в Житомир в командировку, немедленно разыскала меня:
— Давай скорее к нам. Наш отдел расширяется — набирают много новых специалистов. Жилье дают недалеко от Москвы — в Подольске. Смотри — не опоздай!
Через пару дней я был в высотке у развилки Ленинградского проспекта и Аэрофлотского шоссе. Оксана встретила меня, приободрила: «Все будет хорошо!» — и завела в кабинет к главному инженеру проекта — И. П. Конвизу:
— Иван Петрович! По Вашей просьбе я нашла Вам хорошего инженера.
Он встретил меня крайне подозрительно:
— Паспорт, — резко приказал он.
Видимо, что-то сильно не понравилось ему там, т.к. следующий приказ: «Диплом!» он отдал, как бы нехотя. И тут я заметил, что он держит мой документ... вверх ногами!?! Почитав его для вида в этой позиции некоторое время, он бросил его на стол:
— Нам специалисты Вашего профиля не нужны!
У выхода стояла радостная Оксана, уверенная в моем успехе:
— Ну как?
— Специалисты моего профиля ему не нужны.