Пока я думала о своей непутевой судьбе, меня уже оттранспортировали на какую-то площадь, где уже собирался народ, правда пока немногочисленный. Меня шустро привязали к какому-то столбу и понапихали у ног охапки сена и дров. Я забеспокоилась, происшествие начинало плохо пахнуть, да и вообще мне тут не нравилось. Рядом со мной поставили чуть качающегося мага, видимо, чтобы он сказал речь. Маг оперся о мое плечо, для равновесия, сумрачно обвел взглядом аудиторию и натужно закашлялся. Я тут же захмелела от запаха перегара.
— Люди, — прочувствованно выкрикнул он, опираясь об меня уже двумя руками, — это ведьма, которая пришла не званной и побила меня в моем доме!
Кто-то тихо захихикал. Маг сообразил, что сказал что-то не то и попытался поправиться.
— То есть, которую я побил в моем доме!
Я закашлялась сквозь кляп, на меня уже смотрели почти сочувственно. Маг тяжело задумался и снова попытался исправить положение.
— То есть, которую я не смог избить в своем доме!
Рыдали уже все, меня даже предложили отвязать, а магу всыпать. Но тут его пнул сзади кто-то из дружков, и он, не удержавшись, брякнулся на землю, тут же отползая подальше. А рядом со мной встал знакомый верзила, который и отнес меня сюда, заявив, что я ведьма.
— Да что тут говорить, это ведьма, которая пришла не званной, испортила волошбой пару домов, в том числе и дом почтенного мага Егая и в довершение всего навела на жителей порчу, которую снимет только ее смерть! — Я возмущенно замычала, категорически не согласная. Но меня опять никто не слушал.
Лица жителей посуровели. Кто-то зажег факел.
— Смерть чертовке, — крикнули в толпе и в меня кинули огонь. Я зажмурилась, под ноги упал горящий сук, и солома тут же занялась, поджигая сухие ветки вокруг меня. Огонь жадно защелкал, подбираясь ближе, я почувствовала тепло переходящее в жар и застонала от бессилия. Неужели опять за мной придет смерть? Так глупо, так смешно умирать на площади от рук простой черни, с грязным носком во рту. Я открыла глаза и огляделась, снизу поднимался жар, который я чувствовала все лучше и лучше. Это конец.
Крик, ярость, звон меча, вынутого из ножен, чавканье и крики боли справа. Я повернула голову и увидела его. Лицо искажено ненавистью, в чертах уже нет ничего человеческого, а за спиной рвут одежду шипастые крылья. Он прорубался сквозь людей, рубя все и всех. Они кричали и пытались увернуться. Ему было все равно. Он шел вперед, как горячий нож идет сквозь масло, а следом шли Мася и суровый капитан, прикрывая Коула с боков. Он вспрыгнул на помост, шагнул в трещащее пламя и одним движением перерубил веревки на моих руках. Его одежда загорелась, но ему было все равно, он схватил меня на руки, поднял над головой и вынес из огня, а потом опустил на пол и склонился над моей тушкой. Я, конечно, изображала глубокий обморок, довольная, что кляп наконец-то вынут и наслаждаясь самим фактом того, как он меня спас. А если меня еще и поцелуют…
Но меня начали довольно сильно трясти.
— Ллин, очнись. Очнись, я сказал!
Нет, вы подумайте, он сказал! Я клацала зубами от тряски, но упорно не открывала глаз. Тогда мне дали пощечину. Не сильно, но я тут же очнулась и залепила ответную качественной шаровой молнией. По его щеке зазмеилась полоска рассеченной кожи, сквозь которую тут же проступила золотистая кровь. Я ахнула, соображая, что наделала, а он просто прижал меня к себе так сильно, что хрустнули ребра. Я захрипела и меня немедленно отпустили, давая возможность вдохнуть, а потом поставили на ноги и куда-то потащили.
— Эй, — крикнула я, болтаясь позади, — куда мы бежим?
Кот, бежавший вообще впереди всех, недовольно обернулся.
— Пока ты там развлекалась, мы уже сторговались и вскоре выплываем, а точнее прямо сейчас, пока жители не очухались и не сообразили отомстить за внеплановую экзекуцию родных и близких.
Я допетрила, что за недавнее представление на нас и вправду могут сильно обидеться, и рванула вперед уже самостоятельно, правда не убирая руку из ладони Коула…, он сам ее отпустил.
Мы взлетели на корабль на пристани, и кэп тут же начал орать команды своим матросам. И уже через пять минут мы отчалили от столь гостеприимного городка и его ненормальных жителей.
Вдали шевелилось облако пыли, видимо это была погоня.
— Мы вовремя отчалили. — Я радостно обернулась к друзьям и поразилась, какими угрюмыми взглядами они на меня уставились.
— Ллин, тебе никто не говорил, что ты одна крупная ходячая неприятность, — задумчиво поинтересовался Коул, рассматривая меня со всех сторон. Я нахмурилась.
— Тебя и на пять минут нельзя одну оставить, тут же куда-нибудь вляпаешься, — поддержал его кот.
— Предатель, — прошипела я и наградила его многообещающим взглядом.
— И что? — Я гордо вздернула нос, — Опять подвесите меня вверх ногами на мачту, чтобы под ногами не путалась?
