— Ага, ты не видела подземных крыс. Говорят, что некоторые из них тебе по колено будут, сожрут меня, как пить дать, а я еще молод, я может только жить начинаю! Только вот с хозяевами мне почему-то постоянно не везет, каждый угробить норовит, и никто, ну прямо-таки никто, не ценит мой редкий вид.
Я возмутилась и пересадила его в корзинку, которая все еще была привязана к седлу Пегги. Обормот немного успокоился и даже перестал возмущаться.
Наконец, когда я уже совсем отчаялась, ступени кончились, и мы вошли в широкий большой коридор с ровными стенами, равномерно покрытыми светящимся мохом. Эль попытался отколупнуть кусочек, но с воплем отскочил, дуя на палец и заявив, что обжегся. Я подошла ближе и протянула ладонь к стене. Она и впрямь была теплой.
— Ну что ж, по крайне мере не замерзнем.
— Мне кажется, нам стоит изменить порядок.
Я удивленно взглянула на Масю, не понимая зачем.
— Рассказывал мне мой прадед, когда я еще совсем соплей был, — кот загыкал из корзины, — что в этих подземельях водится всякая пакость. Негоже, ежели мы единственную ведунью сразу под удар поставим, а я многое повидал, и многое могу, дубина со мной, так что ежели что, отмахаюсь, а тут вы на подмогу подоспеете. Следом за мной пусть идет Коул, потом Ллин с лошадьми и замыкающим будет эльф. Ему с его луком сзади стрелять будет сподручнее.
Я попыталась было протестовать, но меня сегодня почему-то никто не слушал, так что пришлось надуться молча, только кот все еще гыкал и через каждые два шага орал из корзины: "Мася-сопля", — чем довел до белого каления не только его, но и всех нас, но получив от Эля по уху, тут же надулся и затих. Нет, ну как маленький, честное слово.
Мы шли уже часа три, ход то шел прямо, то вниз, то под уклон вверх, то петлял и сворачивал… одно хорошо, что пока не пытался разветвляться. Довольно быстро пришла усталость. С каждым шагом ноги наливались тяжестью все больше, и мне давно хотелось просто сесть и ничего не делать… хотя поесть бы не мешало. Немного нервировал храп кота, но все терпели, зато проснулась Ошер и тут же решила слетать на разведку. Слетала, ничего интересного не нашла и вернулась обратно, громким писком требуя мясо, которое я запасливо держала в отдельном кармане навьюченной на Пегги сумки. Поев, она села опять на седло, царапая и вспарывая крепкую кожу своими когтями, и сыто поблескивала золотыми глазками, осматривая нас за неимением ничего боле интересного вокруг. Еще через час Коул, наконец, сжалился надо мной и решил устроить короткий привал, я радостно плюхнулась на землю и тут же начала распаковывать все для бутербродов.
К сожалению, отдых не продлился долго. Мы решили, что на всякий случай стоит удалиться на как можно большее расстояние от владений эльфов, а то нас во сне могут и прибить ненароком чересчур радивые подданные нового короля. Да и место для ночлега стоило выбрать пообстоятельней, хоть пока мы и не встретили ничего особенно подозрительного, но судя по слухам, которые дошли до Маси, нам стоило держаться в этих местах как можно осторожнее. И вновь в путри. От нечего делать я начала считать повороты изгиба туннеля, как вдруг что-то привлекло мое внимание. На правой стене как раз в месте изгиба на светло-зеленом светящемся мхе темнело бурое пятно, подойдя поближе, я определила, что это засохшая кровь.
— Коул, — он обернулся и вопросительно взглянул на меня.
— Здесь кровь на стене, посмотри.
Подошли все, Мася задумчиво колупнул ее, потом достал какую-то баночку и капнул из нее на пятно темно коричневой жидкостью, пятно тут же поблекло, а потом перекрасилось в другой цвет. Обормот тут же потребовал, что бы ему тут все объяснили.
— Такая реакция характерна только для человеческой крови, причем довольно старой. — Заявил Мася, хмуро убирая склянку обратно в наплечную сумку. — Нам следует идти осторожнее, тварь, которая его сожрала все еще может быть поблизости
— Почему сразу сожрала, — забеспокоился пушистик, — может он просто поранился и прислонился ладонью.
— Может быть, — кивнул Мася и пошел вперед, держа дубину перед собой, — но лучше на это не надеяться.
Дальше все шли в напряженном молчании. Обормота, если он устроит истерику, Эль пригрозил связать. Это помогло. Он сидел испуганный и сверкал зелеными глазами из корзины.
Где-то после шестого ворота я услышала легкий шум, похожий на скрежет ногтей по каменному полу. Остановившись, я вновь прислушалась. Нет, наверное, показалось.
— Что случилось?
Я взглянула на Коула.
— Мне показался какой-то скрежет впереди, но я не уверена.
