Люциус просто онемел от ярости, Гермиона открыла рот, чтобы что-то сказать или возразить, но ни один звук так и не вырвался из ее уст.
- Малфой... – беззвучно выдохнула она.
- Вижу, возражений нет, тогда, Люциус, извини – на последнее слово Драко специально сделал акцент, – но мы спешим на ужин.
Так и не взглянув больше на отца, парень взял Гермиону прямо за руку и потянул дальше по тусклому коридору. Когда они вышли на площадку перед большой лестницей, ведущей вниз, Драко остановился и посмотрел на девушку.
- Ты не хочешь ничего сказать? – Хотя лицо было все еще серьезное, но глаза уже улыбались. – Возможно, я сказал не верно?
- Малфой, как ты мог так сделать? Я не хозяйка этого дома, и я уже говорила тебе, что попала сюда не по своей воле – как только они отошли от портрера Люциуса, ступор Гермионы сразу же заменило раздражение.
- Ты не хочешь ею быть? – Выражение лица Драко также изменилось.
- Быть кем? Хозяйкой дома? Как кто? Как начальник над слугами?
- Грейнджер, я знаю, как это делается по уставу семьи Малфой, знаю, как это делали мои предки, но я уже не такой как они. Я не хочу и делать так, как это делали. Все, что я делал в прошлом, все те ужасные вещи – это все страх, это он заставлял. Но я больше не боюсь ничего. Ты меня научила. Своей силой, своей выдержкой, своим отношением к жизни и людям. Ты спрашивала, смогу ли я принять тебя такую, но этот вопрос я должен ставить тебе. Захочешь ли ты быть со мной, после всего, что Я делал с тобой в школе, после всего, что говорил, после всего того, что сделали с тобой в этом доме? Я никогда не смогу себе это простить, и ни одно мое извинение не стоит этого. Если я действительно могу исправить ошибки своих предков, смогу очистить нашу кровь и наш род, смогу быть стать настоящим потомком великого Салазара Слизерина и его дочери, то я хочу, чтобы ты была со мной – Драко замолчал, а потом резко сорвался и побежал в другую сторону по коридору.
- Малфой, остановись. Куда мы... – Гермиона поражена словам, бежала за Драко. Что могло быть еще, чем то, что он только что сказал, она просто не могла представить, но разве это важно?
Они поднялись на третий этаж и остановились перед красивой дверью.
- Лейс – вдруг воскликнул Драко и за пару секунд, возле них появилась эльфийка. – Принеси мне палочку, она в моей комнате на кровати – а потом быстро взглянул на Гермиону и добавил, – пожалуйста.
Эльфийка исчезла, но не успели они даже что-то сказать, как она снова появилась с палочкой в руках.
- Хозяин, Ваша ужин, он снова остыл.
- Кстати об ужине. Лейс, приготовьте что-то праздничное. У нас сегодня праздник. И еще, приберите в моей комнате и подготовьте комнату для гостей. Хотя нет, не нужно – Драко взял палочку и снова посмотрел на девушку, – нашей гостье скорее всего будет уютно в спальне. Уберитесь только в моей. А мы сейчас спустимся.
- Да, мой хозяин – эльфийка словно засветилась от радости. Хлопок, и она исчезла.
Гермиона не успела даже открыть рот, чтобы что-то сказать, как Драко провел рукой перед дверью и они открылись. Когда они вошли, ее удивление снова раздвинуло свои границы – это была абсолютно отличающаяся от дома комната. Парень прошел в середину и зажег свечи. Девушка шла следом и боялась моргнуть, чтобы все то, что она видит, просто не исчезнуло, словно это было некое воображаемое марево. Они шли к стене и гриффиндорка видела, что там висит портрет, но просто не хотела верить своим же глазам, это действительно была... она – Нарцисса Малфой, мама Драко. И если она сейчас заговорит, то сама Гермиона просто вырубится.
Они подошли вплотную. В массивной раме был портрет, на котором была изображена красивая женщина, что улыбалась(?). Изображение было настолько реалистичное, что казалось, что она сейчас просто встанет с лавочки, на которой сидела, подойдет к ним и обнимет, но проходили секунды, а она даже не моргала.
- Картина обычная – вдруг хрипло сказал Драко. – Она с нами не заговорит. Это все, что у меня осталось от нее. Она все подготовила, даже оставила свои воспоминания, но после того, как я их увидел, они просто исчезли.
