...Девушка с громким возгласом села на кровати. Сон получился таким ярким, не верилось, что встреча с гадалкой произошла не наяву. Мари вытерла взмокший лоб и хмуро оглядела спальню. Часы показывали девять утра, но комната тонула в полумраке, хотя шторы были открыты. Позабыв об изоляции, девушка подошла к окну. Хотелось увидеть милые сердцу башни Академии вдали. Но глазам предстала прочная стена льда. Топнув ногой в сердцах, Мари пошла умываться.
Стихийнице не терпелось покинуть жилище, но сделать этого без разрешения она не смела. Однако часы шли, а отец не связывался с ней и никого не присылал. Маясь от безделья, Мари бродила из комнаты в комнату и чувствовала себя в клетке. В доме Лиры тоже приходилось сидеть взаперти, но там была Далила, да и сама портниха была приятным собеседником, охотно отвечала на вопросы о городской жизни и быте людей.
После обеда у девушки кончилось терпение, и она велела служанке позвать Эрма Туи. Молодой стражник, в отличие от Бо Орфи, был молчуном, но Мари надеялась вызвать его на разговор. Пусть расскажет подробности о жизни во Дворце в последние месяцы. Отец с Грэмом все это время обходили острые углы, щадя чувства тайной Принцессы.
Оказалось, Туи и сам не прочь пообщаться. В семье стражника никто не погиб, эпидемия закончилась, и настроение парня улучшилось. Что до потери дара, Туи не верил, что это необратимо, и теперь, попивая ягодный чай и уплетая пирог с мясом, он широко улыбался и охотно отвечал на вопросы.
— Многие страшатся, что сила не вернется. Но мы же стихийники. Не можем лишиться способностей навсегда. Вот увидите, зу Ситэрра, погодный дар просто спит.
— Но ведь есть и недовольные? — осторожно заметила Мари.
