Вот уже много десятилетий Орден Джедаев терпит дерзкие нападения от Ситхов и напряжённо ждёт, когда же на землю придёт тот самый, неведомый Избранный, который восстановит порядок. И вот однажды, Мастер и Падаван совершенно случайно находят его на маленькой, затерянной планете. Ничего не подозревая о своей истинной цели, Избранный служит простым рабом и живет в бедности. Но очень обрадовался, узнав правду. Что же ждёт необычного ребёнка там, в Ордене? Друзья? Враги? А может быть, большая любовь?
====== Глава 1. Пески без времени ======
Вечер пришёл неожиданно и вместе с собой принёс желанное облегчение для усталых и измученных работников. Татуин не напрасно имеет два солнца, и по неизвестной причине именно сегодня оба они будто взбесились, споря друг с другом, кто во что горазд. Итогом этой битвы стала прямо-таки удушающая жара, весь день не дававшая покоя мирному населению, лишь под вечер оба небесных воина слегка утихли и уступили место желанной прохладе, отчего работники смогли окончить свой трудовой день облегченно вздохнув. Рабство не оставляло много свободного времени, впрочем, сил тоже, но когда ты ребёнок, это всё имеет мало значения. Да и не думают дети о такой ерунде, тем более, когда вокруг есть вещи намного интереснее. Например, небольшой, довольно старый, но тщательно отмытый и начищенный до блеска сине-белый гоночный кар, стоявший около маленькой глинобитной хижины-мазанки на отшибе Мос-Эспа. Именно на него сейчас восторженно и нетерпеливо смотрели большие голубые глаза, принадлежавшие худенькой девочке, не старше десяти лет, что выходила сейчас из домика, где жила вместе с отцом, таким же рабом, как теперь и она сама. Прошло всего лишь пару лет с тех пор, как злобный тейдорианец Уотто выкупил их у прежнего хозяина и забрав с родной планеты, перевёз сюда, на этот выжженный солнцем Татуин. Девочка тяжело вздохнула при этих мыслях, ведь она так до сих пор и не привыкла здесь, всё до сих пор было ей в новинку: жара, изнуряющий труд, суровый, тяжёлый на руку хозяин...Очень нелёгкая жизнь была у этой девочки, впрочем, было в ней и то, что она очень любила и боялась потерять. Её дорогой и любимый папа. Лучший друг и верный защитник. И он сейчас входил во двор.
— Асока, детка, ты снова в каньон?
— Да, папа, пойду полетаю немного, пока жара спала — улыбнулась девочка, вытирая вспотевшее лицо краем белой свободной рубашки и снова заправив её в такие же штаны.
— Хорошо, милая, иди, вот только недолго — со вздохом отпустил её мужчина, он знал, что спорить с его девочкой бесполезно. Это был ещё нестарый, но уже очень изможденный раб, лицо которого прорезали ранние морщины, а кожа выгорела и потрескалась от долгой и частой работы под открытым небом. Однако, он хранил в своей облике былую привлекательность, а его улыбка и большие, такие же, как у дочери, голубые глаза выдавали в нем приветливую и сердечную натуру. Его звали Шон Тано и единственным его богатством было доброе сердце и эта маленькая девочка, ловко запрыгнувшая в кар, готовясь завести мотор.
— Не волнуйся, пап — беспечно махнула она рукой — Я непременно вернусь к ужину!
— Будь осторожна, милая! — крикнул Шон ей вдогонку, прежде, чем она взлетела и направила транспорт в сторону Каньона Нищего, где уже ждали её друзья. Гонки были второй по величине любовью Асоки, именно им она чаще всего посвящала свободное время, и даже уже несколько раз участвовала в соревнованиях, устраиваемых Джаббой Хаттом. Отец был против и каждый раз сильно переживал, но, увы, это был единственный способ сделать их жизнь чуть лучше. Кстати, скоро планировался ещё один заезд, об этом ей с утра по секрету сказал Кистен, один из её друзей и Асока тут же решила для себя, что будет участвовать. И горько вздохнула, представив выражение лица папы, когда она скажет ему об этом. Впрочем, стоило ей подняться чуть выше и прибавить скорость, как все тяжёлые мысли тут же выветрились из её головы. Ведь они снова были вместе. Небо, Скорость, Кар. Лучшие друзья. Асока была довольно общительной девочкой и имела много приятелей, среди таких же маленьких рабов, но только с этими троими она ощущала себя по-настоящему хорошо, единым целым, одним организмом. Вот и сейчас, взлетев так высоко, как только позволял кар, Асока с удовольствием разогналась на полную скорость, радостно бросаясь в объятия ветра, приятно охладившего ей лицо, словно в приветственном поцелуе. А небо было так близко, что так и хотелось вытянуть руки, чтобы коснутся облаков, будто затеявших своеобразную игру друг с другом, то и дело перемещаясь по лазурно-голубой поверхности. Асока и сейчас не удержалась и вытянула руки, чуть подалась вверх, правда поймала при этом только воздушные потоки, что совсем её, однако, не огорчало.
— Я люблю тебя! — крикнула она во весь свой неслабый голос. В эти моменты Асока действительно любила весь мир и всю галактику, даже этот пыльный и серый Татуин. Но сейчас эти слова были обращены только к одному небу. Снова взявшись за руль, Асока полетела волной, снижаясь, то поднимаясь вверх. Потом, окончательно осмелев, сделала мертвую петлю. И выйдя из неё, приземлилась точно возле каньона.
— О! А вот и девочка-небо явилась! — выскочил впереди всей толпы Кистен — Мы ждали только тебя.
