– Неправда! – хором воскликнули остальные.
– Ты замечательный, Камыш! – сказала Фазан.
– Без тебя погибли бы все, – согласился Торф.
Все закивали, глядя на Камыша. В глазах дракончиков светилась абсолютная уверенность, что их хранитель позаботится о братьях и сёстрах, что бы ни случилось.
– Но теперь, – продолжал Камыш, искоса взглянув на Глина, – всё наладится. Нашим хранителем станешь ты…
В янтарных глазах брата, как в зеркале, Глин увидел все тревоги, которые испытывал сам, яростное беспокойство за близких. Хватит ли у него сил и умения защитить их от опасностей?
Его грызла тревога за братьев и сестёр, хотя он встретил их только сегодня. Они были словно продолжением его собственных крыльев и когтей, семьёй, о которой земляной дракончик мечтал столько лет… но если он останется, семье грозит беда.
Он видел это в их глазах, смотревших с любовью, но настороженно. Как теперь выбирать между двумя хранителями? Как поведёт себя Камыш, вынужденный подчиняться новому вожаку, но лучше знающий, что делать? Что знает он, Глин, о здешних приёмах боя, организации войска, о добывании пищи в болотах, наконец? Да и близости той, что с Камышом, не будет, как ни старайся.
Нет, помочь братьям и сёстрам можно только одним способом. Если Глин на самом деле рождён быть их хранителем, сейчас он должен уйти и оставить Камыша главным в гнезде. Им не придётся делать трудный выбор, а старый хранитель сможет беречь их лучше.
Ореола, похоже, думала о том же самом.
– Нет, – твёрдо сказал Глин, обводя взглядом родичей, – ваш хранитель Камыш, вы верите ему, и он вам нужен. Я не смогу заменить его, как бы ни старался.
Камыш удивлённо поднял голову, но в глазах его светилась гордость. Остальные смотрели грустно, но с облегчением.
– А кроме того, – добавила Ореола, – он не может остаться, потому что он теперь наш хранитель.
Она прижалась к Глину и потёрлась крылом. Умей он менять цвета, как радужная, то наверняка покраснел бы от носа до хвоста.
– Точно не можешь? – спросил Камыш. – Не обязательно хранителем, просто бойцом. Впереди ещё много сражений, а ты сильный.
Предложение было заманчивое. Остаться с родными, принять их жизнь, драться за них, и навсегда забыть о пророчествах и злобных песчаных королевах… но Глин слишком хорошо помнил об искромсанных телах на поле битвы, помнил и о друзьях, которые его ждут – как они справятся одни?
– Нет, – печально ответил он, – у меня другая судьба. Мы должны остановить войну.
Крошка Охр вытаращил глаза.
– Как в пророчестве? – изумлённо выдохнул он. – Так вы те самые?
Фазан снова с сомнением взглянула на радужную.
– Да, – кивнул Глин, – взяв Ореолу за лапу.
– Похоже на то, – пожала она крыльями.
– Так или иначе, мы попробуем, – сказал он, – но потом, когда войне наступит конец… я могу вернуться?
– Ты всегда можешь вернуться, – твёрдо ответил Камыш, – ты наш.
– Мы будем ждать! – воскликнул Охр. Остальные закивали.
Глин печально смотрел на них.
Многие ли переживут следующий бой?
Как остановить войну?
Драконята вовсе не удивились, когда Глин рассказал, почему хотел разбить другие яйца в гнезде.
– А я знала, – фыркнула Цунами, подсовывая ему тушку дикой утки. Она уже успела слетать на охоту. – Разве можно поверить, глядя на тебя, что ты хотел нас убить?
– Или когда-нибудь захочешь, – подхватила Солнышко.
– Ну, я-то не мог знать, – пожал крыльями Глин, с наслаждением разрывая утку когтями. Только сейчас он понял, как проголодался.
Они устроились в рощице на вершине утёса, подальше от водопада, куда не доносился запах обугленных тел.
– Какие планы, хранитель? – спросила радужная, хватая фазана. – Только так теперь и стану тебя называть.
– Мы теперь будем как земляные, – мечтательно заявил Глин, – всегда вместе, держаться друг за друга, что бы ни случилось. А значит, первым делом надо отыскать Звездокрыла. Он один из нас, и ночные не имеют права его забирать. Облетим всю Пиррию, но найдём…
Его прервал шум крыльев, и кто-то тяжело опустился на землю за спиной.
Драконята изумлённо вытаращились через его плечо.
Глин застыл, боясь пошевелиться.
– Только не… – выдавил он.
– Уже нашли! – вдруг расхохоталась Ореола.
Он обернулся.
Среди высокой травы сразу за деревьями стоял, моргая, Звездокрыл. Под ярким солнцем его чёрная чешуя искрилась синими бликами. Высоко в небе виднелся удаляющийся силуэт Провидца.
– Пока! – крикнула вслед Цунами. – Вот уж спасибо так спасибо!
С радостным воплем Солнышко бросилась к Звездокрылу и обняла его, хлопая крыльями по спине.
– Ты вернулся! Я знала, я знала!
Ночной дракончик смущённо улыбался.
– Эх, – усмехнулся Глин, – такую речь испортил. Подождал бы ещё денёк-другой, сделали бы хоть вид, что тебя ищем.
– Провидец заметил, как ты летел с болот, – нахмурился Звездокрыл, – и велел передать, что и другой кто-нибудь мог, надо быть осторожнее.
– Какой ценный совет! – хмыкнула Цунами. – Особенно теперь, когда мы сто раз уже спаслись без него. А что ещё велел? Или, может, подсказал, как исполнять пророчество?
Ночной дракончик виновато потупился.
