Степан Бакланов покинул «Зеленую поляну» еще вчера, перебрался на другую дачу, неподалеку, где ему предстояло оставаться до первого появления перед комиссией, то есть два дня. Времени уже было семь вечера, и Хейес собирался возвращаться в Москву, когда ему позвонили из Петербурга.
— Звонареву удалось ускользнуть на минуту во время обеда, и он позвонил своим боссам, — объяснил Хейес. — Они направили его сюда. Звонарев еще сказал, что вчера Лорд разговаривал в московском архиве с одним человеком. Его зовут Семен Пашенко. Сегодня утром швейцар гостиницы сообщил Звонареву, что вчера вечером Лорд сидел в фойе вместе с человеком, подходящим под описание Пашенко.
— И это описание?.. — спросил Хрущев.
— Лет шестьдесят — шестьдесят с небольшим. Худой. Светло-голубые глаза. Лысина. Щетина на щеках и подбородке.
От Хейеса не укрылся взгляд, которым обменялись Ленин и Хрущев. Всю неделю его не покидало ощущение, что они чего-то недоговаривают, и такое положение дел нравилось ему все меньше и меньше.
— Кто это такой? Поскольку, очевидно, вы его знаете.
— Этот человек означает для нас серьезные неприятности, — сказал Ленин.
— Это я и сам догадался. Как насчет подробностей?
— Вам когда-нибудь приходилось слышать о «священном отряде»?
Хейес покачал головой.
— В девятнадцатом веке брат царя Александра Второго собрал группу людей под этим названием. В то время очень сильно опасались покушений на царя. Александр освободил крепостных, чем вызвал недовольство аристократии. Вначале этот «священный отряд» не представлял из себя ничего серьезного. Кучка дворян, поклявшихся защищать жизнь царя. В действительности они не могли защитить даже самих себя, и в конце концов Александр Второй погиб от взрыва бомбы, брошенной террористом. Семен Пашенко возглавляет группу тех, кого ни в коем случае нельзя назвать дилетантами. Его «священный отряд» был образован где-то в двадцатые годы прошлого столетия, насколько нам удалось определить, и существует по сей день.
— То есть после убийства Николая Второго и его семьи, — заметил Хейес. — Тогда уже не было царя, которого следовало защищать.
— В том-то вся проблема, — сказал Ленин. — На протяжении десятилетий упорно ходили слухи, что детям Николая удалось остаться в живых в той бойне.
— Вздор, — презрительно произнес Хейес. — Я читал обо всех претендентах. Мошенники, все до одного.
— Возможно. Однако «священный отряд» продолжает существовать.
— Имеет ли это какое-то отношение к тому, что Лорд обнаружил в архивах?
— Имеет, и самое непосредственное, — сказал Ленин. — И вот теперь этот Пашенко несколько раз пытался установить контакт. С Лордом надо разобраться немедленно.
— Новое покушение?
— Разумеется. И сегодня же.
Хейес решил не спорить.
— Как мне доставить в Петербург людей до полуночи?
— Мы организуем самолет.
— Не хотите объяснить, чем вызвана подобная спешка?
— Если честно, — сказал Хрущев, — подробности не важны. Достаточно сказать, что под угрозу поставлено все, над чем мы так долго трудились. Этот Лорд определенно вольнодумец. Вы не в силах его контролировать. Рисковать больше нельзя. Воспользуйтесь номером телефона, который мы вам дали, и отправьте людей. Нельзя допустить, чтобы черномазый вернулся в Москву живым.
Лорд и его телохранитель приехали на железнодорожный вокзал. По бетонным платформам спешили люди в теплых пальто с меховыми воротниками. В руках они тащили объемистые чемоданы и большие сумки. Никто не обращал на Лорда внимания. И если не считать мужчину из архива, который, как ему показалось, за ним следил, за весь день у него больше ни разу не возникало ощущения опасности.
Вместе со Звонаревым они насладились неспешным ужином в гранд-отеле «Европа», а остаток вечера провели в фойе, слушая струнный квартет. Лорд хотел прогуляться по Невскому проспекту, но Звонарев отнесся без восторга к предложению ходить по ночным улицам. Поэтому они остались в гостинице, откуда поехали на такси прямо на вокзал, как раз чтобы успеть на поезд.
К вечеру похолодало, на площади Восстания было оживленное движение. Лорд попытался представить кровавые столкновения полиции и демонстрантов, с которых в семнадцатом году началась революция. Ожесточенные бои продолжались два дня.
Здание вокзала представляло собой еще одно творение сталинской эпохи: монументальный зеленый с белым фасад, больше подходящий дворцу. Рядом вовсю кипело строительство вокзала новой скоростной магистрали до Москвы. Многомиллиардный проект был разработан архитектурной фирмой из Иллинойса, действующей от имени британской строительной корпорации, и главный архитектор присутствовал вчера на брифинге в «Метрополе», по понятным причинам остро переживая за свое будущее.
Лорд забронировал два места в спальном вагоне первого класса. Он несколько раз ездил на «Красной стреле» и помнил то время, когда постельное белье и матрасы были грязными, а в купе невозможно было зайти без содрогания. С тех пор все заметно изменилось, и фирменный поезд теперь считался одним из лучших в Европе.
