Они довольно долго работали возле грота. Рапсодия радостно пела, она уже чувствовала себя непринужденно в его присутствии, и Эши начал петь вместе с ней, стараясь запомнить мелодии, ускоряющие рост растений. Он научил ее многим песням, которые знал со времен юности в Гвинвуде, и она с радостью слушала его. Сегодня Рапсодия чувствовала себя особенно счастливой; когда Эши спросил ее о причинах, она улыбнулась и поцеловала его. Взгляни на озеро, попросила Рапсодия.
Эши подошел к берегу и посмотрел на воду, но не увидел ничего необычного. Он пожал плечами, и она вновь улыбнулась.
- Наверное, сегодня вода слишком мутная, - сказала она, опускаясь на колени и снова принимаясь перебирать листья. - Обычно она отражает лучше.
Эши почувствовал, как его охватывает ощущение небывалого счастья. Он подошел к Рапсодии и с нежностью прижал ее к себе.
- Я люблю тебя.
Она продолжала копать.
- В самом деле?
Он поцеловал ее в шею.
- Да. Неужели ты сама не чувствуешь?
- Только не сейчас.
Эши удивился.
- Почему? - удивленно спросил он.
Она не удостоила его взглядом.
- Потому что ни один мужчина, который действительно любит меня, не наступил бы на только что посаженый цветок. - И она мягко переставила его ногу.
- Ой, извини, старушка. - Он дернул за грязный платок, которым были перевязаны ее волосы, и ласково похлопал по ягодицам.
- Уберите свои руки от моих булочек, сэр. - Она с шутливым негодованием посмотрела на Эши.
- Как ты сказала?
- Ну, ты сам их так называл. - Она рассмеялась, убирая пряди рассыпавшихся волос обратно под платок и вновь принимаясь за работу.
Он присел на корточки рядом с ней.
- О чем ты говоришь? - Его пальцы нежно гладили выбившиеся золотые локоны.
Она попыталась скрыть улыбку, продолжая возиться с листьями.
- Тот, кто учил тебя древнелиринскому языку, слабо владел идиоматическими оборотами. "Квелстер эвет ре марайя" - "у тебя очень красивые булочки".
Лицо Эши покраснело от смеха и смущения.
- Ты шутишь. Неужели я так сказал?
Она кивнула.
- Как ты думаешь, почему я каждое утро готовлю их на завтрак? До сих пор мне и в голову не приходило, что мои печеные прелести могут вызвать такой восторг.
Эши расхохотался и притянул Рапсодию к себе, разбросав листья и мох. Он поцеловал ее, оба упали, и в результате оказались измазанными в земле с ног до головы.
- Похоже, мне нужно поработать над идиомами.
- Нет, не обязательно, мне очень понравилось.
- Хорошо. А что мне следует сказать, если я хочу увидеть то, что так неосмотрительно назвал булочками?
Она обняла его за шею.
- Я предлагаю "пожалуйста", хотя в голову приходит множество других вариантов.
- В таком случае, пожалуйста.
Она легонько стукнула его по затылку.
- Боги, ты просто ненасытен.
- Сама виновата. - Драконьи глаза сверкнули, и ее изумрудные ответили согласием.
Оба знали: когда дело доходило до реализации любовных фантазий, Рапсодия становилась почти такой же неиссякаемой, как Эши. Она попыталась вернуться к своей работе.
- А почему ты это сказал?
Эши забрал у нее из рук лопатку и посадил к себе на колени.
- Ты стала моим сокровищем, Рапсодия. Наверное, ты знаешь, что та вещь, которой дракон дорожит больше всего, которой ему постоянно не хватает, становится его сокровищем. - Он улыбнулся ей, но сам не был уверен, соответствует ли его шутливый тон искренности произнесенных слов.
Эши чувствовал, Рапсодию все еще смущает его вторая натура, оставалось надеяться, что правда не вызывает у нее отвращения. Ничто так не тревожило Эши - если не считать того, что демон может им овладеть, - чем мысли о будущем. Вдруг Рапсодия отвернется от него? Он знал: в своей неистовой тоске и ярости он оставит за собой сожженную пустыню.
Рапсодия взяла его лицо двумя руками и поцеловала.
- Ну, возможно, во мне тоже есть частица дракона.
- Почему?
- Если я позволяю тебе отвлекать меня от работы в саду - второго моего самого любимого занятия - значит, мысли о тебе не дают мне покоя.
- А самое любимое занятие - музыка?
- Конечно.
- Ты все утро работала в саду. И наверняка устала.
Рапсодия встала и потянулась, а потом отряхнула землю с колен.
- Тут ты прав. - Он протянула ему руку и помогла подняться на ноги, а затем обняла за талию. - Стало слишком жарко, я чувствую себя так, будто превратилась в пылающий костер.
- Нисколько в этом не сомневаюсь.
- Ну вот опять, распутный ты тип, - укоризненно сказала она, когда Эши вновь стянул платок с ее головы и принялся распускать волосы. - Неужели ты не можешь думать ни о чем другом?
- Прошу меня простить, - нахмурился Эши, изображая ужасную обиду. - У меня и в мыслях ничего не было, я лишь имел в виду твое владение огнем.
- Ага, - Рапсодия улыбнулась. - Ну тогда, как человек, обратившийся в пламя, я желаю, чтобы меня окружала вода. - И она обняла его еще крепче.
- А я думал, что ты никогда не попросишь, - пробормотал он, целуя ее в шею.
- О чем не попрошу? Я собираюсь принять ванну. - Она выскользнула из его рук и побежала к дому, а Эши бросился за ней.
