— Как всё совпало, — я прислонился к капоту. — И жучки, и Север подвернулся. Удивительное совпадение, не думаешь, Гриня? Что за херня творится? Вы мамкина контора или ФСБ?
— Думаешь, что кто-то, кто знал обо всём заранее, специально это всё устроил? — он набычился. — А смысл этого? О чём бы они договорились? И ты там сидел, и Север — наш будущий стукач, и мы рядом были. Сразу бы ворвались и стрелять бы начали. Если бы ты его не огрел по башке, то точно бы ворвались, тебя спасать…
— Смысл, Гриша — сорвать операцию полностью, — медленно проговорил я. — Чтобы Север меня спалил, начал стрельбу, по итогу Султана вы бы или пристрелили, или закрыли в изоляторе. А оружие бы так и не нашлось, да и про наркоту бы он смолчал. Он, может, даже и не знает все детали, может, с кем-то другим этот вагон обсуждать надо, где стоит и как забирать. Ну а потом бы, глядишь, другой эмиссар приехал, когда твоя группа уже уехала бы. И всё, его уже не отследил бы никто.
Турок наморщил лоб, задумчиво и долго смотрел на меня.
— А может, это от тебя хотели избавиться? — предположил он.
— От меня? — я удивился.
— Да. Ты знаешь компромат на Севера, и он этого боялся. Ещё предотвратил бойню между Артуром и ветеранами чеченской войны, раскрываешь какую-то банду квартирников, из-за чего кто-то паникует и устраняет всех «коллег», чтобы не болтали. И тогда в тебя бывший мент стрелял, и следак Рудаков тоже, и на батю твоего покушение готовили…
Турок, закончив перечислять, выдохнул.
— Вот и свели тебя в таком месте, чтобы Север тебя сдал, а чечен хлопнул, он же маньяк долбанный, ему человека убить — что высморкаться, сначала убьёт, потом разбирается. А заодно бы и вся операция рассыпалась. Но суть — ты кому-то дорогу перешёл, Паха. Вот так я думаю.
— Да вряд ли, Гриня, — я покачал головой. — Если ты говоришь про ту банду чёрных риелторов, как она связана с чеченским боевиком?
— Она-то, может, и не связана, да вот кто-то один может быть в курсе всего этого. Осторожнее тебе надо, Паха.
Он хмыкнул, но стал гораздо серьёзнее, а потом подошёл к вишнёвой девятке, что стояла в стороне, открыл дверь, пошарился внутри и вернулся.
— Держи, — он сунул мне тяжёлый свёрток с бронежилетом. — От ножа и пули из ПМ спасёт, носи всегда. А то ты нам, Паха, нужен. Ну а я передам Иванычу, чтобы за тобой тоже присматривали. Позвоним. И попроси у отца ствол, чтобы в оружейке взял для тебя. Самого-то тебя ведь тут нет, — снова усмехнулся он.
— С оружием решим, — я кивнул, не говоря, что оружие у меня есть разное. — Готовьте стрелку Султана с братвой, и осторожно. Ещё раз подобное повторится — и он мне верить не будет, даже если я как-то вывернусь.
— Замётано, Паха. Катайся пока, — он вернул мне ключи от джипа. — Только не разбей.
И в эту ночь милиция не спала, а продолжала маски-шоу. У ГОВД толпа народа, кто-то на кого-то орал, ППСники ругались между собой, а омоновцы клевали носами в своём автобусе, припаркованном у ГОВД. Возможно, скоро их отправят назад в область, а наверх пойдёт отчёт, мол, мероприятия проведены, профилактические меры приняты, изъято столько-то единиц оружия, шала, холодняк и прочее. И всё под личным контролем генерала Суходольского из главка, о чём он непременно доложит в рапорте, который пойдёт в московское министерство. Причём напишет всё, конечно, так, будто лично занимался всем.
А то, что криминальная война в городе не закончилась, а только разгорается, никого не колышет. Не стреляют два дня (не считая нашей погони за Рудаковым), значит, всё сделано правильно.
Водители собрались отдельной кучей, рядом с ними курили наши опера, и среди них я заметил высокую фигуру Устинова.
— Приходит, короче, мужик к любовнице, — рассказывал анекдот водитель Степаныч, сам же смеясь над ним. — А она ему говорит — наточи мне ножи. А мужик точит и думает, вот блин, пристала, зараза, наточи да наточи, как ни приду к ней, всё ножи точу. И чё они тупые вечно у неё? Я вот дома ножи уже лет десять не точу, жена ими всё режет, а они всё-то острые!
Он оглушительно рассмеялся.
— Прикиньте, ножи не точу, всё-то острые! Ах-ха-ха! Дошло? Понял, Гриша, в чём суть?
— Иди ты на-а-а-а, — протянул что-то нецензурное дядя Гриша.
— Пашка, — Устинов меня заметил и с видом заговорщика подошёл ко мне. — Слыхал новость века? Получку скоро давать будут!
— Ого, прям по расписанию? — удивился я.
— Ага, и за прошлый месяц тоже сразу дадут, — он заулыбался. — Ещё несколько дней, и сразу две зарплаты. Ты же на реабилитации будешь, — Василий Иваныч засмеялся. — Могу за тебя получить, подпись твою знаю, поставлю так, что даже Кирилл не отличит.
— Без проблем, — я кивнул.
Василий Иванович, хоть и пьющий, в таких вопросах надёжен, как автомат Калашникова. Да и не раз уже бывало такое, что мы просили коллег получить зарплату вместо себя. А то не успеешь в нужный день, и ходи потом в бухгалтерию, догоняй свою получку, а им всё некогда да некогда.
— И как работа? — спросил я, показывая на собравшихся. — Прёт?
