Остались только имена,И больше – ничего.Живым усталым намПоследний темный звон.И долго ль будем на землеТащить ярмо минут,Не находя к любимым след,Звено ковать к звену?Когда какой придет пророкИ разгадает дни,И этот лучший из мировПойдет на смерть за ним?Остались только имена,И больше – ничего.Живым усталым намПоследний долгий звон.<p><strong>«Не по хребтам сожженной Иудеи…»</strong></p>Не по хребтам сожженной ИудеиСухих олив немотствующий хруст –В глухих монастырях зажатые раденья,В тоску и удаль кинувшие Русь.Вам сохранившее от Ветхого ЗаветаПечать отверженных и сокровенных глаз –А с волжских берегов степные плачут ветрыСкрипит полей взволнованная гладь.Громящий Судия, карающий Егова,Под пеплом скорби гнет седых отцов –Здесь дол и даль, слинявшая часовня,И в каплях терна тихое лицо.<p><strong>«Не ляжет снег на длинные недели…»</strong></p>Не ляжет снег на длинные неделиИ не запорошит холодных вечеров,Мои шаги застыли на пределеНемыслимых и несказанных слов.Твоих ли глаз прочитаны страницыИ мне ль сберечь их невозможный смысл –Клоню беспомощно усталые ресницыНад грудами декабрьских грозных числ.<p><strong>«Опять любви сухие весны…»</strong></p>Опять любви сухие весныКропит капелью синий март,А имя мертвое уноситТакая ж мертвая зима.Опять смотрю в глаза печали,И Ваша смуглая рукаКачель весны моей качает,А парус алого закатаОпять плывет над городами,Цепляясь за тенета крыш.Свою любовь несу как дань я,Ларец души для всех открыв.Кропят кропилами капелиЖивой и пьяною водой,А ветер туже лук свой целит,Мой путь стрелой тугой ведет.<p><strong>«Жизнь ставлю томиком на полку…»</strong></p>
Ты молодость пропоешь
По этой книге, как по нотам –
Здесь имя милое твое
Ex-libris’омна переплете
Эпиграф из меня
Жизнь ставлю томиком на полкуСреди других веселых книг,И пыль покроет втихомолкуЕе шагреневый парик.Пусть время желтым ногтем метитТугую кожу корешкаИ прорисовывает ветерВ листах заставками века.Когда-нибудь найдут на полкеНе повторяемый никемМой стих отравленный и колкийИ жизнь в старинном корешке.1921<p><strong>«Вы тихий, как бывают тихими зори…»</strong></p>Б. КисинуВы тихий, как бывают тихими зори,Опрокинутые вглубь колодца.Я пишу Вам, милый Боря,Что надо любить и бороться.Лапы тягучей и старой РязаниНад головою мученическим ореолом,А в мутные стекла робко влезаетВыжитых дней переплавленное олово.Беспомощными пальцами мнете глинуИ плачете над неудавшейся жизнью, –Какой ветер сумеет кинутьВ каменных богов шальною джигой?Так чтоб разлетелось! и звякнули стеклаИ загорелось сердце до боли!С мудростью, достойною Софокла,Изглаголаю Вам мою последнюю волю.31 мая 1922 Москва
