– Я позвонил Налти, он мямлил, запинался, несколько раз сплюнул, потом сказал, что у вас есть какая-то идея насчет девицы по имени Вельма, бывшей любовницы Мэллоя, что вы ездили повидать вдову бывшего владельца того кафе, где произошло убийство, и что Мэллой с этой девицей когда-то работали там. Адрес вдовы – Пятьдесят четвертая Западная улица, дом шестнадцать сорок четыре – тот самый, на который у Марриотта была долговая закладная.
– И что же?
– Я решил, что для одного утра совпадений слишком много, – сказал Рэнделл. – И вот я здесь. И пока что разговариваю с вами любезно.
– К сожалению, – сказал я, – зацепок на самом деле меньше. Эта Вельма, по словам миссис Флориан, умерла. У меня есть ее фотография.
Я пошел в гостиную, полез в карман пиджака, мне показалось, что он пуст, и рука моя замерла. Но фотографии были на месте. Я взял их, отнес на кухню и положил снимок девицы в костюме Пьеро перед Рэнделлом. Он внимательно разглядел ее:
– Никогда не встречал. А это она же?
– Нет, это портрет миссис Грейл, вырезанный из газеты. Его дала мне Анна Риордан.
Рэнделл поглядел на него и кивнул:
– Я и сам женился бы на ней ради двадцати миллионов.
– Должен вам кое-что сообщить, – сказал я. – Прошлой ночью я был настолько не в себе, что у меня возникла безумная мысль отправиться в ту лечебницу и самому разобраться со всеми делами. Находится она в Бэй-Сити на углу Двадцать третьей и Дескандо-стрит. Владеет ею некто Сондерборг, утверждающий, что он врач. У него там и убежище для преступников. Перед уходом я видел Лося Мэллоя. В отдельной комнате.
Рэнделл замер, глядя на меня:
– Вы уверены?
– Его ни с кем не спутаешь, – сказал я. – Громадный, здоровенный детина. Таких вы еще не видели.
Рэнделл неподвижно сидел, не сводя с меня взгляда, потом отодвинулся от стола и встал:
– Поехали к этой миссис Флориан.
– А как же с Мэллоем?
Он сел опять:
– Расскажите все поподробней.
Я стал рассказывать. Рэнделл слушал, не отрывая взгляда от моего лица. Кажется, даже не мигал. Дышал через приоткрытый рот. Тело его было неподвижно. Пальцы легонько постукивали по краю стола. Когда я закончил, он спросил:
– Этот доктор Сондерборг – как он выглядит?
– Похож на наркомана, возможно, торгует наркотиками.
Я описал его Рэнделлу, как сумел.
Рэнделл неторопливо пошел в другую комнату и сел к телефону. Набрал номер и долго говорил негромким голосом. Когда он вернулся, я как раз приготовил еще кофе, сварил два яйца, поджарил гренки и намазал маслом. Сел и стал есть.
Рэнделл сел напротив и подпер рукой голову:
– Я отправил туда человека из бюро по борьбе с наркотиками. Он предъявит фиктивный донос и устроит проверку. Может, кое-что и выяснит. Но Мэллоя он там не обнаружит. Мэллой ушел оттуда через десять минут после вас. В этом можно не сомневаться.
– А почему не послали полицейских из Бэй-Сити? – спросил я, посыпая яйцо солью.
Рэнделл не ответил. Я поглядел на него, он покраснел и смутился.
– Впервые встречаю такого чувствительного полицейского, – сказал я.
– Ешьте побыстрей. Нам нужно ехать.
– Мне нужно еще побриться, принять душ и одеться.
– А не могли бы поехать в пижаме? – ехидно спросил он.
– Значит, Бэй-Сити – город насквозь продажный?
– Это город Лэрда Брюнета. Говорят, он выложил тридцать тысяч на избрание мэра.
– Ему принадлежит клуб «Бельведер»?
– И два игорных судна.
– Но это же в нашем округе, – сказал я.
Рэнделл опустил взгляд на свои чистые, отполированные ногти.
– Мы заедем к вам в контору, – сказал он, – возьмем обе оставшиеся папиросы. Если они еще там. – Щелкнул пальцами. – Если дадите ключи, я съезжу за ними сам, пока вы будете бриться и одеваться.
– Поедем вместе, – сказал я. – Там может быть почта.
Он кивнул, потом сел снова и закурил сигарету. Я побрился, оделся, и мы поехали на машине Рэнделла.
Почта была, но читать ее не стоило. Две разрезанные папиросы в ящике стола были нетронуты. Кабинет, похоже, не обыскивали.
Рэнделл взял обе папиросы, понюхал и сунул их в карман.
– Амтор нашел у вас одну карточку, – задумчиво сказал он. – На обороте там ничего не могло быть, поэтому он не беспокоился о других. Вряд ли он особенно испугался – решил, что вы просто берете его на пушку. Поехали.
Любознательная старушка высунула нос из парадной двери на дюйм, старательно потянула воздух, словно уже могли зацвести фиалки, пристально оглядела улицу и кивнула седой головой. Мы с Рэнделлом сняли шляпы. В этом районе такой жест, надо полагать, ставил нас в один ряд с Рудольфом Валентино[17]. Старушка как будто узнала меня.
– Доброе утро, миссис Моррисон, – сказал я. – Можно к вам на минутку? Это лейтенант Рэнделл из управления полиции.
– Господи, даже не знаю, как быть! У меня еще много глажки, – сказала она.
– Мы вас почти не задержим.
Старушка отступила от двери, и мы проскользнули мимо нее в коридор с мебелью из Мейсон-Сити, а оттуда в гостиную с кружевными занавесками на окнах. Из глубины дома доносился запах свежевыглаженного белья. Она очень осторожно прикрыла ведущую туда дверь.
