Голова у меня раскалывалась. Мы не разговаривали, пока не доехали до первого дома на мощеной части улицы. Тогда она сказала:
— Вам надо выпить. Почему бы не заехать ко мне? Вы можете позвонить в полицию от меня. В любом случае они поедут из Лос-Анджелес Вест. Здесь нет ничего, кроме пожарного поста.
— Езжайте к побережью. Я буду играть в одиночку.
— Но почему? Я их не боюсь, а мой рассказ может вам помочь.
— Мне не требуется помощь. Мне надо подумать. Я хочу остаться один на некоторое время.
— О'кей, но я… — не договорив, она повернула на бульвар.
Мы подъехали к станции техобслуживания и свернули на север по шоссе к кафе в районе Кабрилло. Оно было освещено, как, шикарный лайнер. Я вышел, но стоял, держа дверцу открытой. Достал визитную карточку из бумажника и протянул ей.
— Вам может понадобиться крепкая спина. Дайте мне знать. Но не звоните, если это умственная работа.
Она взяла карточку и медленно произнесла:
— Вы найдете меня в телефонной книге Бэй Сити, 25-я улица, 819. Заходите ко мне и наградите картонной медалью за то, что я не сую свой нос в чужие дела. Кажется, вам еще плохо после удара по голове.
Она быстро выехала на шоссе, и я смотрел, как задние фонари ее машины постепенно исчезали во тьме. Потом я направился мимо арки к кафе и сел в свою машину. Бар был рядом, и меня начинало знобить. Но я все-таки решил, что разумнее будет прийти прямо сейчас в полицейский участок, что я и сделал через 20 минут, холодный, как лягушка, и зеленый, как новенький доллар.
Прошло полтора часа. Тело убрали, землю тщательно исследовали, а я только что в третий или четвертый раз рассказывал свою историю.
Мы вчетвером сидели в комнате дежурного в участке Лос-Анджелес Вест. В здании было тихо, только пьяница в камере непрерывно вызывал Австралию. Утром его должны были переправить в центр города.
Тяжелый молочный свет падал из стеклянного отражателя на гладкий стол, где были разложены вещи из карманов Мэрриота, такие же безжизненные и бездомные, как он сам. Напротив меня сидел Рандэлл, человек из уголовного розыска Лос-Анджелеса. Худой, спокойный, лет пятидесяти, с гладкими желто-серыми волосами, холодными глазами и официальными повадками. Горошины с его темно-красного галстука прыгали у меня перед глазами. За ним стояли два крепких рослых парня, похожих на телохранителей, и смотрели на мои уши: один на правое, другой на левое. Я помял в пальцах сигарету и закурил. Ее вкус мне не понравился. Я сидел и смотрел, как она дымит в моих руках. Я чувствовал себя восьмидесятилетним и быстро терял силы.
Рандэлл холодно сказал:
— Чем больше вы рассказываете эту историю, тем глупее она звучит. Этот человек, Мэрриот, вел переговоры о выкупе несколько дней, а за несколько часов до встречи он звонит абсолютно незнакомому человеку и нанимаем его телохранителем.
— Не совсем телохранителем, — сказал я. — Я даже не сказал ему точно, есть ли у меня пистолет. Так, для компании.
— Откуда он знал о вас?
— Сначала он сказал, что от общего друга, порекомендовавшего меня. Потом, что наугад, из телефонной книги.
Рандэлл аккуратно поискал что-то среди вещей на столе и отделил белую карточку, не очень чистую, и толкнул ее через стол.
— У него была ваша визитная карточка.
Я посмотрел на нее. Она была извлечена из маленького бумажника вместе с другими карточками, которые я поленился просмотреть в Пуриссима Каньон. Да, это была одна из моих карточек. Она выглядела грязной для человека, каким был Мэрриот. В углу было круглое пятно.
— Конечно, — нетвердо сказал я. — Я вручаю карточку при первой же необходимости, естественно. Возможно, и Мэрриоту вручил.
— Мэрриот доверил вам деньги, — сказал Рандэлл, — 8 тысяч долларов. Он был слишком доверчив.
Я затянулся и выпустил вверх дым. Свет больно бил по глазам. Затылок болел.
— У меня нет восьми тысяч долларов, — сказал я. — Сожалею, но это факт.
— Конечно, нет. Вы бы сюда не пришли, если б они у вас были. А может, пришли бы? — на его лице была холодная, искусственная ухмылка.
— Я бы сделал многое за 8 тысяч долларов, — сказал я. — Но если бы я хотел ограбить человека, я бы просто огрел его пару раз по затылку.
Он еле заметно кивнул, вроде как соглашаясь со мной. Один из верзил за его спиной сплюнул в корзину для мусора.
— Это одно из самых загадочных мест. Похоже, что работали профессионалы, но хотели создать видимость, что они любители. Деньги не принадлежали Мэрриоту, не так ли?
— Я не знаю, возможно, они и не его. Он не захотел сообщить мне, что за леди была в этом замешана.
— Мы ничего не знаем пока о Мэрриоте, — отрывисто произнес Рандэлл, — я полагаю, что он хотел сам украсть эти деньги.
— Неужели? — я искренне удивился. На гладком лице Рандэлла ничего не изменилось.
— Вы пересчитывали деньги?
— Конечно же, нет. Он дал мне пакет. Я заглянул в него. В нем были деньги, и немалые. Он сказал, что там было 8 тысяч. Зачем ему понадобилось воровать их у меня, если они у него уже были до моего появления?
Рандэлл посмотрел вверх, на потолок и, опустив уголки губ, пожал плечами.
