Прощай, Солнечный мир! полностью

"А вдруг это падает Рой? Он же не умер, Дюк ведь ясно сказал, что он жив! Раз они могут влезать в сны, то наверняка могут контролировать… стоп, но Дюк говорил, что в наших мозгах нет такого передатчика, как у животных, значит, это не может быть Рой!…".

Падение длилось несколько секунд - необычайно мало для такого высокого здания - а потом раздалось громкое "ХРЯСТЬ!" и экран залился красным. Нет, не кровью; скорее, это было чем-то вроде солнечного сока.

– Не бойтесь, у него потрясающая регенерация, - успокоил Дюк, словно Ян мог волноваться за какого-то пустынного гада.

– Это паук, верно?

Учёный кивнул.

– К завтрашнему утру он будет как новенький. Просто, я всегда мечтал спрыгнуть с такой высоты, и ощутить радость свободного падения… Ладно, думаю, вам неинтересно смотреть, как я разбиваю чудовищ в лепёшку. Но вы усвоили, что управление животными так же реально, как и наше с вами существование. Есть какие-нибудь вопросы?

"Конечно, есть! Состав из сорока вагонов и маленькая тележка!" - чуть было не фыркнул Ян. Он всё ещё смотрел на красный экран. Очень похожий на… где-то собиратель уже видел такой цвет… где-то…

Но вот где? Продырявленный глаз? Огненный шар супер-пушки военных? Лава?… Точно - красный поток далёкой лавы!

– Да, есть, - ответил Ян, вспоминая, как он чуть не окончил жизнь на дне раскалённого ущелья. - Не о животных, а о сейсмической активности. Вы умеете управлять плитами? Тектоническими плитами. Я когда-то читал, что под ними находится жидкая магма. Расплавленная горная порода, контролируемая древними.

Дюк широко улыбнулся:

– В вашей церкви когда-то бытовало мнение, что грешники отправляются "вниз", в эту самую магму. Ну, как бы, в противовес тем, кто попадает на небо. Одним открывается солнце, а другим - пекло преисподней.

– Так умеете или нет?

– Да, - коротко ответил Дюк. Он продолжал улыбаться, и красный свет превращал его в мистического дьявола. Чем-то он действительно напоминал древние церковные изображения.

Лио стояла рядом и молчала. Нет, не из лишней скромности - это на неё непохоже. Просто девушка наперёд знала, о чём пойдёт разговор. "Она его слышала не раз" - устало подумал Ян. Да и Дюк запретил прерывать. Его объяснения, конечно, не идут ни в какие сравнения с современными блокбастерами, но заинтриговать парень умел.

Ян спросил:

– Вонючая трещина - ваших рук дело? Вы знаете, о чём я, так что не отнекивайтесь! Эти подземные щупальца едва не утащили меня в мир лавы, а вы!…

– Стой! Конечно, я могу рассказать тебе про трещину, землетрясения и щупальца. Ты хороший парень и заслуживаешь интересной сказки. Но разве тебе не любопытно знать, почему выжил Рой и как ко всему этому причастна Лио? Разве тебе неинтересно, почему мы выбрали именно вас? Двух обычных, хоть и не нищих, но всё равно, обычных людей? Почему мы не подняли на небо, допустим, полковника или кого-нибудь из учёных? Ян, неужели тебе не хочется знать свою собственнуюисторию?

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Дюк - со своей неизлечимой улыбкой, а Ян - с затаённой злобой. Неожиданно до него дошло, что не только сны и безумные пауки контролировались свыше. Небесные экспериментаторы испоганили его жизнь. И сколько раз они вмешивались? Когда всё это началось? С падением солнечной звезды? С того разваливающегося и никому ненужного квадрацикла? Или ещё раньше - задолго до его рождения?

Ян сжал кулаки:

– Это вы! Именно вы убили полковника! И если бы не клубничка, от меня остались бы сейчас одни угольки! Я спасся лишь чудом. Но если бы вы не влезли в мозги того чертёнка, и не взорвали бы базу, они бы выжили! Эти люди, эти учёные до сих пор были бы живы!

Собирателю стоило невероятных усилий, чтобы не наброситься на сидящего в кресле человека. Тот, всё продолжал улыбаться, и это наводило на мысли о безумии. Но как только Дюк поднял ладонь, призывая к спокойствию, бунтарь внутри Яна утих.

– Я всё расскажу. Не пройдёт и часа, как ты будешь знать то же, о чём знаю я. Лио это уже слышала - более того, она сама во многом участвовала.

Дюк молча посмотрел на девушку, а потом опять повернулся к Яну:

– Но это лишь при одном условии: ты не будешь устраивать революций. Хорошо?

Собиратель кивнул.

Когда бунт каторжников был подавлен, три десятилетия ушли на изменения планеты. Миллионы людей работали над новой экосистемой, миллионы - над первоклассной защитой. Кто-то совершенствовал солнцеловители, кто-то занимался расселением животных (тех, что остались после войны), кто-то реконструировал территорию - запускал новые реки, возводил горы, украшал пустыни.

Один из зачинщиков проекта сказал: "Надеюсь, очень скоро наш эксперимент закончится. Я не хочу, чтобы матушка Земля находилась в таком состоянии до скончания времён. Если мы оставим тех несчастных навеки гнить без солнца, то значит ли это, что победила любовь? Ведь именно за неё мы воевали".