Несколько минут ушло на то, чтобы выставить рыдающую девушку за дверь. Учёный сел в кресло, вошёл в мозг остолбеневшего чудовища и решил с ним покончить (как минимум, на сегодня). Когда паук был мёртв, он переключился на невидимого чертёнка. Дюк сообщил другим экспериментаторам, чтобы те не вмешивались в жизнь Яна. "Просто наблюдайте, но не принимайте никаких мер" - рекомендовал он в тот день.
Ночью, когда собирателя мучили кошмары, он обнаружил клубничку. В бреду такая новость казалась реальной. Просто положил не в тот карман, а потом решил, что потерялась. Как говорится, обычное дело. И что же он в тот миг пожелал?
– Может быть, снаружи ты закалённый эгоист, но внутри ты нуждаешься в дружбе, - тихо сказал Дюк. - Ваше мнение насчёт клубнички ошибочно. Да, она исполняет потребности, а не желания, в этом вы правы. Но если желание перерастает в потребность, то ягода её исполнит.
Прислушиваясь к объяснениям Дюка, Ян понял свои тогдашние чувства. В тот момент он вообще не думал. Если бы он попытался, то волна шизофренического безумия смела бы его с лица земли. В тот миг, собиратель был опустошён, как и город, по которому он бродил.
Но чувства Ян испытывал. На него давила ответственность. Ведь это по его вине погиб Рой. Да и в смерти полковника виноват отнюдь не чертёнок. Ну ладно, даже если и чертёнок. От ответственности за смерти более трёхсот человек его это не спасает. Ян использовал клубничку (как он тогда считал), и превратил шикарный форпост науки в руины.
Именно чувство ответственности и побудило ягоду к действию. Бредовый сон наслоился на реальные возможности, и собиратель частично расплатился за ошибки своего эгоизма. Правда, он так и не узнал, что Рой ожил, поэтому нёс груз его смерти до самого конца.
Дальнейшую историю Дюк пересказал в трёх словах. Хлебный макет здания, который Ян нашёл в супермаркете, был очень древним. Его испекли ещё каторжники, но по каким-то причинам не вынесли из города. Может, просто забыли - теперь уже не важно. Главное, что этот сухарь обладал двумя замечательными свойствами. Во-первых, он мог храниться десятки тысяч лет, и не портиться. Правда, со временем он становился твёрже, но это мизерная цена за столь долгую жизнь. А во-вторых, хлеб включал в себя все питательные вещества и витамины, необходимые человеку. Отчасти, именно он помог Яну выздороветь.
Экспериментаторы сдержали обещание. В приключения собирателя они больше не вмешивались - по крайней мере, до тех пор, пока он не подобрал "Солнечного жука". Лио, узнав о том, что Рой жив, сразу же перестала злиться. Она с опаской наблюдала за Дюком, но почему-то верила, что самое страшное уже позади. Наверное, девушка просто устала от стрессов, и ей банально хотелось отдохнуть.
Следующие несколько дней она смотрела документальные фильмы. Это не значит, что про Яна она забыла - нет, просто в один момент до неё неожиданно дошло:
Целые сутки прошли в мучительном ожидании. И только после странных операций по выздоровлению и совершенствованию тела, собиратель очнулся. Два часа тянулись "Победители". И лишь тогда Яну и Лио разрешили встретиться.
– Вот, в принципе, и вся история, - развёл руками Дюк. - Как видишь, не такие уж мы плохие. Просто выполняем свою работу, и стараемся делать её качественно. Вот и всё.
Учёный поднялся с кресла. Экран до сих пор горел красной паучьей кровью, и Ян уже забыл, как выглядит солнечный свет. Наверное, Дюк специально привёл его в эту комнату. Он и Лио привыкли к сумраку, в их мире он считается нормой. Сейчас их тоже окружал полумрак, пускай и с неестественно-красным оттенком. Наверное, чтобы собиратель не отвлекался на постороннее, например, на птичек за окном.
Правда, сейчас его беспокоило кое-что другое, нежели органические пернатые верхнего мира. А именно - собственная психология.
Копаться в себе Ян не любил. Он делал это только если его одолевала депрессия. Парень просто не мог сидеть сложа руки и смотреть, как эта злобная старуха отгрызает от его души по кусочку. Но самокопание не всегда помогало. Вообще, депрессия подобна вирусу: она быстро эволюционирует, и через какое-то время старые способы борьбы с ней уже не годятся.
Выходя из тёмной комнаты, Ян спрашивал себя: "Неужели, мой эгоизм так бросается в глаза? Неужели, со стороны я выгляжу самодовольным придурком, думающим только о себе? А экспедиция к Мёртвым горам тогда что - банальное самоутверждение? Неужели я просто существую, как какая-нибудь инфузория? Живу для себя, а другим только мешаю?…".
Обычно Ян не задавался такими вопросами. В них можно увязнуть по уши и окончательно сойти с ума. Но если есть способ стать лучше, то почему бы им не воспользоваться?
