Прощаю себе. В 2 тт. Том 2 полностью

Сочувствующая мать, которая с сердечностью размышляет, как с первых же дней помочь ребенку приобрести навыки, необходимые для дальнейшей жизни, не отпугивает детский дух от души и тела. Возможно, ее называют суровой и бессердечной, однако ребенок чувствует, что только так и надо, иначе ему не развить тех малых физических способностей, какие у него есть.

Мать, испытывающая чувство великой вины, не думает наперед, она желает быть хорошей, чтобы заглушить в себе это чувство, и ребенок превращается в изнеженного, ленивого инвалидика, который с удовольствием наблюдает за тем, как вокруг него суетятся родные. Стоит суете прекратиться, как ребенок тут же возмущается.У ребенка-инвалида, в отличие от здоровых детей, плач как-то по-особому пугающий, режущий слух, неприятный, и у присутствующих от его плача усиливается чувство вины.

Ориентир человеческой жизни – движение к совершенству, постоянное самосовершенствование. Иными словами, счастье не в том, чтобы попасть в рай, а в движении по направлению к раю. Страх превращает ориентир в цель жизни.Жизнь сводится к материальной плоскости, которую полагают за истину и за которую цепляются. Материалист ухмыляется в лицо таким, как я, и говорит, что счастье только в деньгах, потому что в рай все равно не пробиться. Богом для него является цель. Обожествление образа целеустремленного человека, наблюдаемое в конце столетия, куда сильнее, чем в свое время было преклонение перед Гитлером или Сталиным.

Чем выше мнение такого человека о своем уме и способностях, тем больше он делает для того, чтобы усовершенствовать материальный мир, в том числе и человеческое тело. Он не удовлетворяется улучшением повседневной жизни, ему сразу подавай лучшую жизнь. Столь прекрасную цель поддерживают и финансируют тем больше, чем больше выявляется и доказывается причин несовершенства. Уже доказано, что все недостатки человеческого тела обусловлены генами, и появилась наука, задавшаяся целью изменить гены. Опять-таки изменить! Мы все только меняем и меняем, все только делают хорошее, а людей с физическими недостатками, т. е. с генетическими нарушениями, рождается все больше. Происходит это потому, что наука неспособна постичь истинные причины. Она констатирует факты, материализованные лишь в физической плоскости.

Наукой уже подтверждено, что местоположением страхов в мозге является участок, именуемый по-латыни hippocampus.Одновременно с обнародованием этого открытия на страницах печати прозвучала и сверхумная идея: отныне не будет никаких проблем – кто желает избавиться от страхов, пусть обращается к хирургам, и те удалят ему hippocampus. Худа в любом случае не будет.

Если Вы полагаете, что это известие воспринимается всеми критически как идиотизм, то Вы заблуждаетесь. Испуганные люди ухватились за это известие как за спасительную соломинку. Они хоть и понимают, что операция на мозге – дело нешуточное, но все равно обижаются, что никто не желает им помочь. Для испуганного человека любое новое знание оборачивается фактором, ухудшающим его жизнь. В отношении данной темы очень уместна поговорка – дураку легко живется, он не знает, чего бояться. Гиппокамп – мифологическое существо, наполовину морской конек, наполовину змея, на котором, как считалось, ездили верхом морские божества. Вот видите, мифология нашла верное название для противоестественной спешки человека – все галопом да галопом – причем задолго до того, как медицина сделала свое открытие. Это значит, что природа придает материальному форму, по возможности близкую его духовному содержанию.Подобное преобразование есть насилие. Это является развитием провозглашенной плохим Гитлеромидеи о чистоте расы на уровне хорошей науки.Форма новая, содержание старое. Плохое переименовывается в хорошее, а на деле все продолжается по-старому.

Истинная причина физических, генетических

нарушений заключается во все более

укореняющемсяжеланиисделать материальный мир

окончательно совершенным,

т. е. желании материализовать дух,он же совершенство.

Это исключительно благое желание таит в себе особенно отрицательные последствия, ибо дух нельзя материализовать. Дух материализует себя сам, когда ему это нужно.

Жизнь нельзя сделать окончательно совершенной, жизнь нужно постоянно делать все более совершенной.