Прощальные гастроли полностью

Рудакова. Из окна выпала и бряк на пол. Хорошо ее год кошачий, на вс четыре лапы приземлилась.

Гаранина. Как это тебя угораздило, Женечка?

Рудакова. А падать много ума не надо.

Голос диктора по радио: «Граждане пассажиры, скорый поезд Харьков — Москва отправляется со второго пути. Провожающих просят выйти из вагонов. Повторяю, скорый поезд Харьков — Москва отправляется со второго пути…» Марш. Поезд дернулся, бутылка упала с верхней полки.

Рудакова (подхватила ее на лету; Гараниной). Растирание для Жени. Как в воду глядела, что она откуда-нибудь свалится.

Гаранина (усмехнулась). Наружное?

Рудакова (с вызовом). Не обязательно.

Гаранина (о рюмках на столе). Скорее гомеопатическое, уж больно тара мелка.

Поезд тронулся, пошел, плавно набирая ход.

Рудакова (еще более демонстративно). Можно взять у проводника стаканы.

Щипалина. Куда ты все торопишься, Вера? До Москвы нам ехать и ехать, целых четыре часа.

Рудакова (согласилась). Тогда уж лучше из этих наперстков, не так скоро прикончим.

В купе входит проводник.

Проводник (о бутылке). Русским же языком! Хотите, чтоб с поезда сняла? И на работу сообщим, и куда надо, теперь это просто.

Рудакова (ей). Откуда ты такая бдительная на нашу голову?!

Щипалина. Ну почему ты сразу так грубо, Вера! (Проводнику.) Не обращайте внимания, это она так к слову.

Проводник. Ну, артисты…

Щипалина. Да, на гастроли в Москву. В столицу!

Проводник. Ну, в нее-то теперь только ленивый не ездит. (Недоверчиво.) А что, и вправду — артистки?

Гаранина (усмехнулась). Не похоже?

Проводник. Да как сказать… На открытках- то у них лица — одно к одному… Билеты и по рублю за постель. Трое вас пока?

Рудакова (отдает ей свой и Щипалиной билеты и деньги.) И ты к нам, мать, Посторонних не подсаживай смотри. Тут все свои.

Проводник. Подсажу, куда вы денетесь. Вон в Харькове спальный один не прицепили, а билеты по линии проданы. Обязательно подсажу.

Гаранина (отдает ей билет и деньги.) Как это — не прицепили?

Проводник. Спасибо, тепловоз не забыли подать, а то бы вам до Москвы пешком пришлось. Вот этих, которым билеты проданы, и будем по другим вагонам распихивать.

Рудакова (не скрывая радости.) Так это же наши, начальство, накрылись! Как бы «мадам» на боковую полку в общий бесплацкартный не турнули!

Проводник. так что ждите гостей. (О бутылке). А уж насчет этого… (Ушла).

Рудакова (деловито — о бутылке). Надо было мне ее клюквенным морсом закрасить, не догадалась…

Щипалина. Кого?

Рудакова. Кого-кого… Ладно, чуток отъедем, страсти улягутся. А за что она рубль-то взяла? Нам же не спать, Четыре часа и — «здравствуй столица, здравствуй, Москва!»

Щипалина (напела). «Здравствуй, московское небо…»

Гаранина. Четыре часа езды, а сколько лет не бывала — так, чтобы не проездом… А ведь я, подумать, коренная москвичка…

Рудакова. Ну я-то не одного выходного не пропускаю — за продуктами. Бытсектор в месткоме, захомутала общественность. Правда, в очереди столичной постоять — одно удовольствие, такого наслушаешься…

Щипалина. Москва, институт… Лучшие, можно сказать, годы, как вспомнишь. (Вздохнула). Тогда-то казалось, руку протяни — и ты во МХАТе, в Вахтанговском, в Камерном… Не получилось.

Рудакова. Что это у тебя не получилось-то?

Щипалина(без жалобы). Жизнь.

Рудакова. Удивила!..