Он богатый молодой человек, живущий по своим правилам и своим желаниям.Но проснувшись утром в свой День рождения, он может потерять всё.
Температура потихоньку поднималась. Лоб, нос, щёки, губы быстро нагревались. словно лежали на раскалённой сковороде. Казалось ещё чуть-чуть, и кожа лица забурлит и закипит как свежая картошечка-фри, только что брошенная в кипящее масло.
Кир открыл глаза и с трудом приподнял голову. Перед лицом был обычный жёлтый горячий песок. Кое-как приподнявшись на колени, Кир осмотрелся. Песок был повсюду. Обтрусив песок с рук, он потёр лицо, сбивая приливший песок со лба и щёк. Хруст горячего песка в сухом рту, вызывал рвоту.
Попытавшись несколько раз сплюнуть, но безрезультатно, он поднялся. Голова кружилась, тело пошатывалось, тошнота стучалась в горле. Ощущения были словно в падающем самолёте, который бесконтрольно кружась вокруг себя, стремительно приближался к земле.
Чуть не падая от головокружения, Кир сделал медленный разворот вокруг себя, осматриваясь. Кругом был песок. жёлто-красный песок. Начиная от босых ног Кира и до самого горизонта, повсюду был горячий песок. И солнце. Ужасно палящее солнце.
Не задумываясь и не размышляя, Кир медленно побрёл к ближайшему бархану. Идти оказалось не так близко, как показалось изначально. Мерзкий гул в голове разрывал мозг изнутри. Сухость во рту и горле, не прекращающаяся тошнота, а также палящее жалящее солнце, неистово лишали сил.
А ноги. От раскалённого песка ноги горели. Кожа, казалось, кусками отваливалась от стоп, оставаясь прилипшей к песку.
Дойдя с таким трудом до цели, настроение лишь на миг улучшилось. Осознав высоту бархана, оно бесследно покинуло, утомившегося Кира.
Первое время он поднимался на ногах. Шаг вперёд, полшага назад. Затем уже согнувшись, упираясь руками. Потом на четвереньках, и в конце уже просто ползком.
Тело уже горело всё. На коже появлялись волдыри от ожогов. Они лопались, забиваясь песком, добавляли нестерпимой боли.
Сил уже просто не было. Но мышечная память молодого жилистого тела всё ещё поднимала Кира к вершине. Но что там за этой стеной песка? Шанс? Или нет
Добравшись до вершины, почти теряя сознание, Кир еле-еле встал на последних остатках силы и воли. Поворачивая голову и, всматриваясь в даль, он видел один лишь песок. И только песок до самого горизонта. Ноги подкосились, и он кубарем покатился вниз. Только в этот момент перестала ощущаться боль, тошнота, головокружение. Просто ничего. Одно безразличие будущего. Через несколько секунд тело остановилось. И пустота…
Кир открыл глаза. Темнота. Кромешная темнота. Голова раскалывалась. Ноющая боль в затылке и методическое занудное пульсирование в висках, создавало впечатление, что голова сейчас взорвётся изнутри. Сухость во рту. И эта противная тошнота.
– Твою мать, опять этот проклятый сон с пустыней. – пронеслось у него в голове.
Этот сон снился Киру уже почти два года с того момента, как он попал в ту страшную аварию со Светкой, когда возвращаясь под утро из клуба вдрызг пьяные не справился с управлением, и влетел на встречке в проезжавшие авто. Причём этот сон снился каждый раз, как Кир напивался до безумия. А в последнее время, это было частенько.
Он хотел поднять руку, чтобы прижать лоб и растереть виски, но рука почему-то не поднялась. Она не отреагировала на призыв мозга и просто осталась лежать.
– Что за хрень? – растерянно подумал Кир.
Он попробовал поднять руку ещё раз и ещё. Результат был тот же. Другая рука также не поднималась. Пальцы вроде сгибались, и чуть шевелились, но совсем еле-еле.
Боль в голове прошла. Тошнота сама собой испарилась. Зато сердце заколотилось с бешенной скоростью. Жар ударил в виски, глаза забегали из стороны в сторону. В солнечном сплетении защемило и повеяло холодком. От страха и непонимания, адреналин работал по мощной.
– Так, так, так… что не так? Что вчера произошло? – полетели мысли.
– Ну, сидели в клубе. Пили виски, колу. Иногда добивал энергетиком. Мясная нарезка, рыбная нарезка, пицца. Вроде ничего не обычного. Как всегда. В честь предстоящего юбилея, позволили себе по “тарелочке”. Их принёс Горыныч. Он обычно берёт у Марсианина, там всё чётко и проверено. Улётные “Летающие тарелочки” на полтора – два часа в невесомости.
Ну да, мне же сегодня четвертак исполнился. К двум часам должны родичи подтянуться, а вечерком к десяти я с друзьями клубешник забронировал до рассвета. А я тут валяюсь в непонятке.
Так, что было после “тарелочек”? Примерно к часу отпустило. Примерно до двух ещё бухнули и подёргались на танцполе. Познакомился с какой-то блондиночкой в латексных коротких шортах и белом топике. Так вот с ней и вышел, попрощавшись с толпой в начале третьего. Вышел. Вышел… И что потом? Не помню…
