– Что ты сказал? – Хюльдар угрожающе шагнул вперед. Нападение – лучшая форма защиты, и он всегда немедленно пресекал любое комментирование той истории.
– Не кипятись. – Взгляд Хельги заметался в поисках пути к отступлению.
После того как Хюльдар не так давно ткнул сигаретой в глаз арестованному, его считали немного психом. Рассеять слухи он не пытался, а то, что коллеги немного нервничали в его присутствии, давало некоторое преимущество. К сожалению, это происшествие постепенно выветривалось из людской памяти, и приходилось время от времени стучать, так сказать, кулаком по столу, ради поддержания и закрепления образа.
– Мне что, повторить надо? Что там? Связь какая-нибудь между Стеллой и жильцами есть?
– Нет. По крайней мере, они эту связь не признают. – Хельги уже не ухмылялся и отвечал почти вежливо. – О Стелле им известно по новостным выпускам, но родственниками они не являются и ни с ней самой, ни с ее семьей не знакомы.
– Сами они кто?
– Пара лесби. – Гнусная усмешка вернулась на свое место. – Одна – врач, другая – медсестра. То ли женаты, то ли партнеры, то ли как у них там это называется. – Детектив подмигнул коллегам, которые молча и без всякого выражения смотрели на него. Хюльдар никак не мог решить: то ли он неверно интерпретировал реакцию Хельги, то ли тот еще глупее, чем кажется. – Я вам так скажу: обе довольно аппетитненькие. Пригласили бы третьим, я, пожалуй, не отказался бы.
– Думаю, ты неверно понимаешь базовую концепцию. – Хюльдар даже не попытался скрыть презрение. – Они –
Физиономия коллеги отразила отчаянные усилия найти достойный ответ, но Гвюдлёйгюр переменил тему:
– Послушай, давай ближе к делу, ладно? У них есть дети возраста Стеллы?
Хельги оживился. На этот вопрос он мог ответить, не задействуя дополнительные умственные возможности.
– Нет. Только две малышки: одна недавно в школу пошла, другая еще в саду. Говорю же, никаких связей. – Он поежился и запахнул плотнее пальто, полы которого едва сошлись на животе. – Постоянно под ногами крутились, разговаривать мешали. Только из комнаты выгонишь, отвернешься, а они снова к двери прилипли… Сразу видно, полиция у них редкий гость. – Он вздохнул. – Одна косоглазая, ну просто фрик. Увидишь такую, и мурашки бегут по коже.
– Ты же о ребенке говоришь, тупой придурок.
Гвюдлёйгюр вмешался прежде, чем вспыхнул серьезный конфликт:
– Итак, они думают, что телефон подбросили случайно?
Хельги с облегчением повернулся к молодому коллеге, радуясь предлогу избежать презрительного взгляда Хюльдара.
– Нет. Эртла на такое не купилась. Тот, кто избавился от телефона, подошел к передней двери и просунул его в щель. Не бросил где-то в садике, как сделал бы, если б хотел просто отделаться от улики. Вот почему все так затянулось. Эртла продолжает допрашивать их, все надеется раскопать связь со Стеллой, но пока мы только топчемся на одном месте.
– Значит, того, кто подбросил телефон, они не видели? – Гвюдлёйгюр кивнул в сторону двери.
– Говорят, что нет. В дом вошли через гараж, так что почтовый ящик проверять не стали.
– Почтовый ящик? Хочешь сказать, телефон не лежал на полу?
– Нет. Дело в том, что у прежних жильцов вроде была собака, ждавшая их с работы у двери и рвавшая в клочья все письма и газеты, какие только падали из щели. А заодно и пальцам почтальона доставалось. Вот они и приделали к двери ящик. Когда мы пришли и постучали, телефон все еще лежал в ящике, так что, может, и не врут. По крайней мере, удивились не меньше нашего.
Мозги тормозили не только у Хельги. Холод, похоже, парализовал и мыслительные способности Хюльдара. Те вопросы, что теснились у него в голове, пока они с Гвюдлёйгюром стояли в оцеплении, исчезли и не возвращались. Если спросить не о чем, придется отпустить Хельги, потому что смотреть в эти пустые водянистые глаза он больше не мог.
– По телефону есть новости? Удалось его разблокировать? Отпечатки нашли?
– Чего не знаю, того не знаю. Ничего такого не слышал. – Хельги нетерпеливо переступил с ноги на ногу, и Хюльдар отступил в сторону. Если один вышел, то, наверное, и остальных ждать осталось недолго.
Хельги сел в машину и захлопнул дверцу.
– Не переношу этого типа, – пробормотал Гвюдлёйгюр. – Так раздражает, что сил нет.
– Не тебя одного.
Они вернулись в сад и заняли свои места, продолжив наблюдение за молоденькими девушками из криминалистического отдела, все еще склонившимися над следами в снегу.
Может быть, стоит позвонить Фрейе? Поинтересоваться, как прошел разговор с девушкой, которая так странно вела себя на школьном собрании во время выступления директрисы…
