– Он заплатил вам один цехин и сказал, что я заплачу столько же. – Аксель выложил на стойку монету.
Бармен помолчал, после чего кивнул:
– Послание на словах.
– Я слушаю.
– Ваш друг просил передать, что все идет по плану. Он встретился с нужным человеком, узнал следующий адрес, взял проводников и направляется в Фоксвилль.
– Когда он передал послание?
– Вечером, ровно три дня назад.
– Сколько добираться до Фоксвилля?
– Если все прошло без приключений, ваш друг должен был оказаться в городе вчера вечером.
– Спасибо.
Встречу можно было заканчивать: карта Фархи у Галилея наверняка есть, утром они отправятся в Фоксвилль и узнают, где сейчас пребывает Помпилио. Бедокур поглядывает на галерею второго этажа, бармен – на золотую монету, все вроде как положено, но… Но слишком нервно бармен смотрит на золото, слишком большое облегчение прозвучало в его голосе, когда он понял, что гости готовы уйти. Поэтому Аксель не отпустил монету и негромко спросил:
– Кто еще спрашивал о моем друге?
И понял, что попал в точку: бармен вздрогнул.
– Что?
Бедокур, надо отдать ему должное, мгновенно позабыл о девочках, повернулся к бару спиной и равнодушно уставился на зал, как будто выбирая подходящий столик. Выглядел он абсолютно расслабленным, но Аксель понял, что за спину можно не беспокоиться.
– Не понимаю, о чем вы говорите, – промямлил бармен.
– Что я должен сделать, чтобы ты меня понял? – поинтересовался Крачин. – Отрезать тебе пару пальцев? Или прострелить колено?
– Вас арестуют, – пролепетал посеревший бармен.
– У меня самый быстрый цеппель на этой планете, и я уйду от любой погони, – веско ответил Аксель. – Конечно, путь на Фарху мне будет заказан, но я не понимаю, чем это тебя обрадует?
– Вы убьете меня в любом случае.
– Напротив: я буду благодарен за предупреждение, – и Аксель выложил на стойку еще один золотой кругляш. – Я веду дела не так, как местные отморозки.
– Они меня убьют, – обреченно произнес бармен, не сводя глаз с монет.
– Для этого им потребуется пережить встречу со мной, а это, поверь, непросто.
Несколько секунд бармен продолжал бороться с собой, затем понял, что высокий мужчина с профессорской бородкой его точно убьет, если не получит ответ, а те, о ком он не хотел говорить, – вряд ли, и сдался:
– За вашим другом следили, синьор, ко мне пришли через полчаса после разговора и потребовали пересказать послание.
– Кто пришел?
– Крутые местные парни, синьор, они работают в охране Фактории.
– Они работают на галанита? – уточнил Аксель.
– Да.
– Они сейчас в городе?
– Нет, – после короткой паузы ответил бармен. – И директора Фактории нет, хотя идет сезон поставок из Западных лесов, время горячее, и он должен следить за происходящим.
– Спасибо. – Крачин подтолкнул монеты бармену и повернулся к Бедокуру: – Срочно возвращаемся на «Амуш».
В отличие от обычных людей, до сих пор спорящих, имеют ли автомобили и мотоциклеты право на существование, лингийская полиция по достоинству оценила преимущества нового транспорта, и постепенно темно-синие авто с широкой красной полосой стали на улицах Маркополиса привычной деталью. И появление одного из них – средних размеров фургона с зарешеченными окнами, – не вызвало оживления, наоборот: шумная компания мужчин в клетчатых пиджаках разного цвета, но одного кроя, и серых «котелках» притихла. Мужчины постарались стать незаметными, но, судя по всему, задумались об этом слишком поздно. Их в трактире было девять, то ли уголовники, то ли наемники, удачно завершившие очередное дело и слишком бурно праздновавшие победу. Последние полчаса мужчины вели себя шумно и чересчур развязно: приставали к официанткам, задирали посетителей и добились того, что кто-то вызвал полицию. А лингийские полицейские либеральностью не отличались.
– Расплатитесь и в фургон, – скучным голосом распорядился старший, глядя правее и выше самого высокого из хулиганов. – Вы знаете правила.
– Если есть оружие – оставляйте на столах, – добавил его коллега.
– За что? – попытался уточнить один из инопланетников, но ответом ему стали удивленно поднятые брови полицейских и едва слышный шепот дружков, призывающих любознательного приятеля заткнуться.
– Пока вам грозит только штраф, – прежним тоном сообщил первый блюститель порядка. – Переночуете в участке и продолжите путешествие.
– Мы знаем правила, – хмуро ответил главный «весельчак» и, подавая пример приятелям, полез в фургон.
На улице воцарилась тишина, и Кома Горизонт негромко хмыкнул:
– Идиоты.
– Если они чисты, то им ничего не грозит, – заметил Иона Туша. И отхлебнул пива, провожая фургон долгим взглядом.
