Прошлое. Настоящее. Будущее полностью

Так вот. Я в данном случае не собираюсь писать что-либо о 9 мае 1945 года, о Победе советского народа над немецкофашистскими оккупантами, об историческом значении Победы и так далее. Не потому, что мне совсем нечего сказать по этому поводу, а потому, что уже всё сказал, и отношение моё к этим вопросам с тех пор не изменилось. Пользоваться календарной датой, чтобы лишний раз поотстаивать свою позицию – которую считаю взвешенной и соответствующей исторической правде – с пеной у рта я тоже не буду. Если вам так хочется поговорить, ну там я не знаю, о руководящей и направляющей роли товарища Сталина, или о том, какой мир и благоденствие нёс Гитлер Европе, или что ту войну выиграл Черчилль, или поспорить о Власове, об эстонских эсэсовцах, о всемирно-исторической роли еврейского финансового капитала, а также о чьих-нибудь зверствах, которые ну вот именно сейчас необходимо срочно незабытьнепростить – я лично пас. Впрочем, и осуждать не буду. Нуждаетесь в бодрящей дозе незабудемнепростима – ну, почитайте хотя бы это, там ентого добра хоть залейся.

А я буду говорить исключительно о 9 мае 2012 года и делах, связанных с этой конкретной датой.

Итак – что мы имеем?

Мы имеем (то есть наоборот, нас имеет) власть, лишённую даже подобия легитимности в глазах большинства населения. Власть по этому поводу сильно переживает, так как в отсутствии легитимности остаётся запугивать и обманывать население. Средства для этого – то есть ОМОН и телевизор – у власти имеются, но они обходятся дорого и к тому же чисто отрицательные стимулы имеют срок годности. Люди в какой-то момент могут перестать верить во враньё и даже устать бояться, такое случается.

Кроме того, ей нужна легитимность в своих собственных глазах. Ощущать себя чмырями и плесенью, сидящей в телевизоре на штыках, попросту неприятно, некомфортно. Хочется ощущения собственной значимости, исторической прогрессивности и смысла бытия. «Мы тут не так просто, а по праву».

Собственно, это «по праву» и является главным. Скольконибудь прочная легитимность, помимо дубинок и телика (от которых не отказываются даже самые демократические режимы), опирается на веру народа в то, что власть имеет право править. Эта вера обосновывается либо славными прошлыми деяниями этой самой власти или её предшественников, либо ожиданиями, на неё возлагаемыми, а лучше – тем и другим сразу. Или, другими словами, на культе славного прошлого и культе славного будущего [59].

Внимание. Чтобы понять, сколь многое в нашей жизни опирается на эти два культа, отвлечёмся от государственных масштабов и посмотрим на нашу жизнь.

Возьмём, например, семью. Вообще-то семья – это, прежде всего, религиозное учреждение. Смысл семьи – почитание предков, живых и мёртвых, в обмен на реальный (имущественный) и символический (достойные дела и победы) капитал, который предки передают потомкам. Очевидный пример – аристократия, где сам факт рождения «в достойной семье» делает человека особенным. Но послушайте, с каким выражением человек говорит что-нибудь вроде «у меня в семье в трёх поколениях врачи». Это и есть культ, культ достойных предков, которые вылечили множество людей – и это отчасти переходит на потомка (даже если он сам не медик).

А на ожидании славного будущего основан другой всем известный культ – культ удачливого лидера, от которого все ожидают, что он приведёт доверившихся ему людей к успеху. Умение возбуждать в людях такие ожидания и называется «харизмой». Заметим, она не связана прямо ни с физической силой, ни с привлекательностью, ни даже с интеллектом и управленческими способностями лидера [60]. Поэтому сплошь и рядом люди идут не за мудрыми старцами или юными богатырями, а за людьми, у которых всего и таланта – возбуждать надежды. «У него это от бога» – довольно часто говорят в таких случаях. Или там – «в его глазах светится будущее». Не всегда такие ожидания оправдываются, но если ожиданий изначально нет, ничего не помогает.

Теперь снова вернёмся к делам государственным. Поскольку культ отлично объединяет людей, то любое государство обязательно практикует оба вида культов, обычно их уравновешивая и сплетая между собой.

Вот тут внимание. Очень распространённым вариантом этого соединения культов, характерным именно для государств, является идея расширенного воспроизведения славного деяния предков.

То есть. Культ предков в таких случаях основывается на каком-то героическом подвиге, который они совершили в прошлом. Подвиг был велик и славен, он, собственно, и основал государство. В конце времён потомки должны его воспроизвести в ещё большем масштабе (часто задаётся всемирный масштаб), а промежуточные поколения должны к этому готовиться и самоотверженно трудиться.