Как огоньки порожних ламп,Тускнеет жизнь, — ровней и тише,Чем этот безнадежный ямбНаскучивших мне восьмистиший.Прочту последние стихи,А в пламени все то, что мило,А в небе черные верхиЧеремухи моей могилы.<p><strong>Корреспонденция с Ривьеры</strong></p>
Георгию Иванову
Молитвенник забытой веры —Корреспонденция с Ривьеры,Не читанная больше году,Весеннюю хранит погоду.На пинии, на апельсинеВечерние стрекозы сини.Лишь ирисы одни не пахнут.Над ними зонтик ваш распахнут.Ритмическою скован речью,Гадаю, что я завтра встречу:Ревнивую ль улыбку злую,Соленую ль от поцелуя,Вы на ночь двери ли запретеИ взвизгнет ключ при повороте,Иль плюшевые только звериНа страже у прикрытой двери…Но северная мгла из оконСмывает сладкий яд волоконБумаги тонкой и немаркойПод итальянской синей маркой.<p><strong>Бедная баттерфляй</strong></p>
Марии Лёвберг
С горя ногти покусаю:Он назвал меня «косая»,При отъезде, невзначай…Он любил мой желтый чайИ картинки Хокусая!Пусть — косою, пусть — хромою,Но я ногти в охре мою,Чищу шелком с бахромою,Не к тому, чтоб их кусать.Можешь писем не писать.Ведь довольно, ведь довольноМачты «Авраам Линкольна»На песке рисует зонтИ гляжу на горизонт.Угасаю, угасаю!Только, милый, не скучай.Ты любил мой желтый чайИ картинки Хокусая.<p><strong>126 сонетов…</strong></p>Напрасно мы гадали на Шекспире —Удел разлуки был открыт в сонете…Ваш профиль стерт, совсем как на монете,И вянет пальма, листья растопыря.Воспоминание в разбитой вазеНе сохранит цветов увядшей дани,Но странный выбор книги для гаданийС моей судьбою в очевидной связи.Сто двадцать шесть сонетов у Шекспира,А свиток наших встреч — еще короче!Улыбкою я губ не опорочу,Когда печаль — острее, чем рапира.<p><strong>Розы в книге</strong></p>
М.А. Кузмину
Не знаю, кто цветы из НиццыВложил в мой рыцарский роман,И покоробились страницы,Порозовевши без румян.От стебля маленькая складка,— Как у принцессы на груди —И так заманчиво и сладко?Читать, а розы — впереди.Но предостереженье, илиПророчество мне наяву,Что розами переложилиОдну лишь первую главу?<p><strong>СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В СБОРНИКИ</strong></p><p><strong>«С чужого голоса пою…»</strong></p>С чужого голоса поюМою печаль, мою беду,Мою чужую жизнь веду,Не узнаю ее — мою.Моя чужая никогда,Когда приду, не ждет семьяМеня; не ждет жена моя,Моя чужая — навсегда.И я мой голос перевью,Со всей тоской в моем краюПою печаль, беду поюС чужого голоса — мою.Тринадцать поэтов. Пг., 1917.<p><strong>В плену зеркал</strong></p>
