Шри Пунджаджи — современный просветлённый мастер Адвайты (учения недвойственности), получивший прямую передачу РѕС' своего учителя Шри Бхагавана Раманы Махарши.Многие люди переживали проблески истины через психоделические практики, занятия медитацией или неожиданные моменты блаженства. Р
Наша первая встреча с Харилалом состоялось в пятницу 13 марта [1953 года] в пещере Арутпал.
Было около четырех часов дня. Я сидел на моем каменном сиденье неподалеку от пещеры, когда увидел двух человек, направляющихся ко мне вдоль по узкой тропе, пролегавшей между пещерой и маленьким домом Лакшми Дэви. Они представились и сели рядом со мной. Один из них был тамильцем, но вскоре стало очевидным, что он был только провожатым другого, по всей видимости, помогая ему найти мое укромное жилище на этой стороне горы. Его спутник был брамином из Пенджаба, теперь проживающим на юге, или в Мадрасе, или в Майсуре — где, я не совсем ясно понял. Его семья осталась гдето в Уттар Прадеше, в долине Ганги. Сам он на редкость хорошо знал Махарши [Шри Рамана Махарши. Точнее Махариши, что означает «великий мудрец»] и, кроме того, жил рядом с ним долгое время. Сейчас он приехал в Тируваннамалай на два дня и остановился рядом с ашрамом в бунгало доктора Сайда.
Место находилось примерно в двух милях от моей хижины, и это означало, что мои гости ехали на грузовиках, передвижение на которых часто было связано с трудностями. Поэтому я спросил: «Как вы сумели добраться сюда? Кто рассказал вам обо мне? Кто направил вас к моей пещере?» «Ты звал меня, — ответил он, глядя мне прямо в глаза. — И вот я здесь».
На это я ответил довольно скептической усмешкой, но он продолжал со всей серьезностью: «Позволь сказать тебе это снова: это ты звал меня. Истинное Я притягивает Истинное Я. Чего еще ты ожидал?»
Мы говорили о Махарши, о его учении и его учениках, каждого из которых он знал превосходно.
Рядом со мной лежали некоторые книги, в том числе
Поскольку наш разговор перешел с Махарши на эти священные писания, я выбрал одну из моих книг и зачитал из нее отрывок, так как не обладал памятью индийцев, позволяющей все заучивать наизусть. Я добавил, что начал немного изучать санскрит с тем, чтобы лучше понимать эти тексты.
«И что пользы от всего этого? — спросил Харилал резко. — От всех твоих книг, всего того времени, потраченного на изучение разных языков! На каком языке ты общаешься с Атманом?»
Когда я попытался защитить свою точку зрения, он снова оборвал меня: «Забудь об этом! В действительности, кроме Атмана, что еще может существовать? А потому твой английский, санскрит и все остальное — разве могут они принести тебе пользу? Разве помогают они тебе общаться с Атманом, со своим
«Я также, — продолжал он, — когдато был помешан на книгах, однако так ничему и не научился из них. Теперь я ничего не читаю или же читаю настолько мало, что это ровно ничего не значит. Я оставил даже Гиту, чьи строки в прежние времена звучали в моем сердце подобно музыке. Я также больше не медитирую — Атман не имеет ничего общего с медитацией. То же самое я могу сказать о
