Это было, как в кино – меж высоких, заросших джунглями, берегов извивается река, а мы по ней на моторках! И купались. Крокодилы? Когда ваш покорный слуга прыгнул с борта бомбочкой, крокодилов хватила кондрашка. Всех.
Потом мы причалили к берегу и разграбили его – съели в лесном ресторане всех кур и выпили все пиво. А что вы хотите? Кубу осваивали пираты, флибустьеры и прочие конкистадоры. А с пиратами жить – побережья разграблять. Можно было еще грабить верхом на лошадях, однако я остался пехотинцем. Уж очень лошадки там тщедушные, не то что вскакивать, смотреть на них больно. Девки у них крепкие, а лошади хилые.
Но этим день не закончился. После реки мы приехали в чисто поле к какому-то кафе. Там получили трубки, маски и ласты... И я стал дико озираться по сторонам, мы на самом деле были в поле и никакой воды не было видно. Но не зря Козьма Прутков напутствовал: зри в корень! Мы прошли метров сто и оказались перед разлом в земле. А под землей оказалась громадная сумрачная пещера с настоящими сталактитами и сталагмитами (никогда их раньше не видел, поверил гиду на слово). А в пещерах – подземное озеро. Как сказал гид, глубина озера – 18 метров. Оно наполняется пресной водой из подземных источников, однако несколько метров на дне занимает соленая вода – где-то есть дырка в океан. И мы купались в том озере и ныряли. И вода была прохладной и кристально чистой. А во всем этом было что-то нереальное, фантастическое.
А еще я ездил в Гавану...
Не всё весело
Про Гавану почему-то писать не хочется. Не очень радостные впечатления. Людно, жара, тяжелые запахи от машин и солнцем разогретого до мягкости асфальта. Люди выглядят не столь благополучно, как в Варадеро. Правда, много детей, чистых и веселых, в пионерских галстуках.
Старая Гавана – это былое величие и современная заброшенность (чем-то сродни нашим задрипанным подъездам, но в больших масштабах). Зашел в промтоварный магазин «Вена – Париж». Помните наши магазины, когда там все, вплоть до носков, по спискам продавали? Так вот, этот еще бедней оказался. Зато у местного «валютника» – очередь на улице, как когда-то у наших «березок».
Душу отвел в кафе «Флоридита», любимое кафе Эрнеста Хемингуэя. Пил его любимый замороженный дайкири. Фотографировал. Разглядывал фото Папы (для тех, кто не в курсе, – поклонники Папой его звали) на стенах. Здесь его культ, и, если кому интересно, этот культ я целиком поддерживаю.
Еда
