Проснулся утром... полностью

Рим основали беглецы из Азии, может, и на самом деле троянцы. А Трое уже в то время было около двух тысяч лет. И ко времени гибе­ли Троя (или Илион) была городом сильным, цивилизованным. Сме­нив, как говорят сейчас, место жительства, троянцы вобрали в себя кровь и культуру местных италиков, латинян, этрусков и других народов Апеннинского полуострова. По мере расширения империи они питались культурами Африки, Азии, Европы, прежде всего – Греции. Все это в течение столетий аккумулировалось, притиралось и скла­дывалось в нечто новое, монолитное и прекрасное. Исчезали страны и народы, рухнула сама Римская империя, наступили серые Средние века, когда многие виды искусства и многие науки оказались близки­ми к ереси, то есть смертельно опасными. Но культура Древнего мира не исчезла, она свернулась в кокон, затаилась.

К счастью, ничто не бывает вечным, даже мракобесие. И нача­лось Возрождение. Науки, искусства, право, образование, демократия, спорт и многое другое пришли в мир, по крайней мере, в западный, оттуда – из этой страны, из этого города.

* * *

И мы с вами – оттуда. В прошлой жизни или в настоящей. Нра­вится нам это или нет...

Декабрь, 1998

МОЙ ЗНАКОМЫЙ НА ВОЙНУ СОБРАЛСЯ...

Мой знакомый на войну собрался, в Югославию. Он заказал столя­ру большой и длинный деревянный член и с этим оружием наперевес будет воевать американцев.

По глубокому убеждению моего знакомого, назовем его Петровичем, именно американцы придумали капитализм, дефицит рублей и долла­ров, и порнографическое кино, а Ельцин развалил Советский Союз. В Советском Союзе у Петровича была молодая и красивая жена (сейчас она уже немолодая и такая стерва, что даже порнофильмы не помогают Пет­ровичу в любви). Еще там были братья армяне, молдаване и эстонцы (Пет­рович знал об этом из газет), и не было у Петровича в те благословенные времена ни аденомы простаты, ни хронических запоров...

Грубо пишу? Так ведь про войну. А война это – дерьмо! Тем более, такая, к которой призывают нас «горячие головы» («горячая» – сино­ним «безмозглая»?). Политики на войне делают деньги и власть. Сол­даты делают себе костыли, протезы, места в психушках и на кладбищах.

Мне очень жаль город Белград и другие города бывшей братской Югославии. Мне жаль сербов. Но не меньше мне жаль и косовских ал­банцев. Я навсегда запомнил кадры по телевидению: большая поляна в лесу усеяна трупами женщин и детей – так, сообщили тогда авторы репортажа, сербская полиция проводит зачистки от «террористов». А почему мы не протестовали тогда? А почему мы не протестовали, когда наши «миротворцы» бомбили прекрасный город Грозный? А вам не жаль Афганистана? Это после нашего «миротворчества» там идут нескончае­мые войны.

Приходит читатель, приносит гневный протест против бомбардиро­вок Сербии. Натовцев он называет нелюдями. А за неделю до этого был взрыв во Владикавказе, десятки людей погибли, сотни ранены. Я говорю: почему ты не протестуешь против терроризма в России, почему не требу­ешь защиты наших людей? Он опешил: так ведь это же наши...

Нищие, полуголодные и совсем голодные люди, больные, ограблен­ные, не знающие, что будет завтра... Нам только воевать за сербских бандитов осталось. И тогда все будет хорошо. Мало нам своего отече­ственного сумасшедшего дома так давайте вступим в международный. Нас примут. На Сахалине русские люди съели всех собак, а мы помощь в Сербию отправим. Бомбить Клинтон приказал, а мы требуем отстав­ки Ельцина. Мы слышим, как звонит колокол по сербам, но не видим своих трупов под ногами... Нас обязательно примут.

Апрель, 1999

КОСОВО. ДВЕСТИ НАШИХ ДЕСАНТНИКОВ...