Простачок с Нежданных островов полностью

Чиновник (внезапно разражаясь слезами). Можете идти и жаловаться кому угодно. Плевать мне на все! Пойду брошусь с пристани и — к черту! Здесь не климат, а сущий ад. Только тогда и можно его выносить, когда напьешься до чертиков.

Уилкс. Не обращайте на него внимания, мисс. У него нервы. Все мы здесь этим страдаем — рано или поздно. Вот, пожалуйста, — я вам дам пропуск, а вы идите и не говорите больше ничего. (Берет со стола бланк и подает ей.)

Чиновник (всхлипывая). Здесь человек — сущий раб, хуже негра. За ним шпионят, доносят, травят его, выговоры объявляют, — так что уж он боится лишний фунт стерлингов в карман положить или за рюмку взяться: как бы сейчас не завопили, что он взяточник или пьяница. Хватит с меня. Идите и доносите. Черт с вами! Плевать! Чего мне бояться? (Сопит и сморкается с чувством облегчения после того, как все выложил.)

Уилкс. Будьте добры, мисс, идите, пожалуйста. Мы очень заняты. У вас теперь все в порядке. Только билет предъявите. Вам обратно ехать не придется. Мы просто пошутили.

Молодая женщина. Но я хочу уехать обратно. Если это такое место, как он говорит, так мне незачем тут оставаться. Я так наслаждалась этим путешествием! Что может быть приятнее, чем пережить это снова!

Чиновник (со спокойствием отчаяния). Пусть делает что хочет, Уилкс. Покажите ей, как пройти на пароход, и покажите дорогу в город. Может идти куда ей угодно. Только уберите ее отсюда, а то я пущу себе пулю в лоб.

Молодая женщина. Почему? Разве вы не радуетесь жизни? Это же противоестественно — не радоваться. Мне было бы стыдно, если бы я не радовалась.

Чиновник. А чему же здесь радоваться?

Молодая женщина. Вовсе не нужно радоваться чему-нибудь. У вас должно быть радостно внутри. Тогда вам ничего не нужно будет, чтобы радоваться.

Чиновник. У меня внутри! Боже ты мой!

Молодая женщина. У вас будет все очень хорошо внутри, если вы будете нормально есть, перестанете пить, будете следить за тем, чтобы у вас вытирали пыль в конторе, а ваш красивый белый костюм был чист и выглажен. На вас обоих просто смотреть стыдно.

Чиновник (рычит от ярости). Выгоните вы эту женщину вон!

Уилкс. Гоните сами. Что я могу сделать? (Умоляюще к ней.) Будьте так добры, мисс, уйдите, пожалуйста. У нас столько дел сегодня.

Молодая женщина. Но я здесь никого не знаю. Мне не с кем даже поговорить. А вам тут совершенно нечего делать до следующего парохода.

Чиновник. Следующий пароход придет только послезавтра в пять часов. Вы что же, рассчитываете, что мы так и будем вас до тех пор разговорами занимать?

Молодая женщина. Мне кажется, разговаривать приходится главным образом мне. Не могли бы вы показать мне город? Я заплачу за такси.

Чиновник (слабо сопротивляясь). Послушайте, так нельзя, вы понимаете?

Молодая женщина. Ну а что бы вы стали здесь делать, если бы я не пришла?

Чиновник. Я… я… да вам-то какое дело?

Молодая женщина. Я вижу, вы сами не знаете, что бы стали делать. Давайте я решу за вас. Берите шляпу и поедемте. По-видимому, мне всю жизнь суждено решать за других.

Чиновник (беспомощно). Ну хорошо, хорошо, хорошо! Но зачем же так много шуму? Я только спрашиваю себя…

Молодая женщина. А вы не спрашивайте себя ни о чем, дитя мое. Отдайтесь на волю жизни. Пошли!

Чиновник (у станционной двери Уилксу, в последнем усилии соблюсти достоинство). Ну, а вы здесь делом занимайтесь. ( Уходит.)

Молодая женщина. Вы что же, не хотите с нами пойти? Уилкс. Да, мисс, только ведь надо же кому-нибудь быть в конторе. Лучше уж мне остаться. Я здесь незаменим.

Молодая женщина. Ну что это за слова — заменим, незаменим? И в этом вся жизнь? Интересно, вот я заменима или незаменима? (Выходит в станционную дверь.)