Сегодня был мой первый рабочий день после отпуска. В ближайшее время предстояло подготовить класс к началу учебного года. Члены родительского комитета уже развили бурную деятельность, организовав генеральную уборку класса и стирку занавесок. Я же перебирала плакаты и наглядные пособия, составляя список, что нужно соорудить или докупить. С середины августа у учителей обычно была запарка — много бумажной работы, получение учебников, закупка и сортировка тетрадей с печатной основой и решение различных организационных вопросов. Кроме того, в школе уже вовсю шли репетиции праздника первого звонка. К счастью, в этом году руководство решило, что третьи классы в концерте на линейке участвовать не будут, что не могло не радовать. Дети на каникулах неохотно отрывались от своих дел и приходили в школу репетировать, а ещё они терпеть не могли линейки. Каждый год ходили слухи, что это издевательство над учениками наконец-то отменят или даже запретят, но годы шли, а линейки неизменно проводили в сентябре и мае.
После работы я отправилась к себе в квартиру собирать вещи. Хотя Макс и грозился купить нам всё новое, но, во-первых, я не могла позволить ему так неоправданно тратить на нас деньги, во-вторых, дома осталось много моих рабочих вещей, которые нужны были для подготовки к началу занятий.
Мы с Милой покупали себе только всё самое необходимое, и несмотря на это, приготовленная к перевозке гора оказалась внушительной. Я не была уверена, что мы сможем всё это упаковать в машину за один раз, и боялась, что Макс будет недоволен. Поэтому решила выбросить все ветхие вещи. Конечно, это было рискованно. А вдруг спустя время нам с дочерью придётся съехать от него и снова жить вдвоём, как раньше? Смогу ли я себе позволить купить новые вещи взамен выброшенных?
Когда я по второму кругу сортировала кучу, в дверь позвонили. Макс! А я ещё не упаковала ничего!
— Проходи. Кушать будешь? Извини, я ещё не собралась, ждала тебя позже.
Он тут же притянул меня к себе и поцеловал.
— Голодный как волк, съем всё, что дашь. Я только на минуту в душ, ополоснусь. Невыносимая жара сегодня. И не суетись. Бери пока только самое необходимое, за остальным в другой день приедем.
Я побежала на кухню. Приготовленная заранее еда ещё не остыла. Положила на стол тарелки. Макс вошёл, обмотанный лишь полотенцем вокруг бёдер. Бурное воображение тут же дорисовало то, что под ним скрывалось.
— Садись ешь, пока тёплое.
— Сейчас, погоди минутку. Иди ко мне. Он прижал меня к столешнице, сгрёб в объятия и нежно коснулся ртом моих губ.
— Работы накопился целый вагон, а я не мог сосредоточиться ни на минуту, всё вспоминал сегодняшнюю ночь.
Его рука развязала сзади пояс на халатике. Он ловко стянул с меня его и оставил в одних трусиках.
— Какая у тебя классная грудь! Чувствуешь, как я по тебе соскучился?
О, да, я чувствовала, как его каменная эрекция вдавилась мне в живот. Он стянул с меня последний элемент одежды, приподнял и посадил на столешницу.
— Я так давно хотел трахнуть тебя тут!
Он ласкал мою грудь ртом, а рукой уже раздвинул складочки и кружил возле самой чувствительной точки.
— Макс…
— Ты уже вся мокрая. Хочешь меня?
— Да!
Он аккуратно погрузил в меня палец. Моё тело больше не реагировало на это спазмом!
— Давай попробуем без прелюдии? Я сдохну, если прямо сейчас не войду в тебя.
С этими словами он притянул меня к самому краю и начал осторожно входить.
— Не больно?
Я помотала головой. Говорить сил не было, я была способна максимум что-то мычать.
Макс толкнулся до упора и остановился, а потом начал медленно двигаться.
— Анечка, ты меня с ума сводишь. Хочу тебя, как ненормальный.
Темп увеличивался. Внизу живота назревало цунами. Я так ждала этого сегодня весь день, что готова была взорваться, как только почувствовала его внутри. В глазах начало темнеть от приближающегося оргазма, я зажмурилась, и почти сразу меня накрыло. Макс вышел, повернул меня, уложил грудью на стол, расставил мои ноги пошире и снова вошёл. Раньше мне казалось, что поза сзади теперь всегда у меня будет ассоциироваться с насилием и болью, но сейчас все ассоциации смыло напрочь. Меня всё ещё потряхивало от пережитых эмоций и единственное, что я сейчас ощущала, — это восторг от происходящего. Макс ускорился и вышел из меня, кончив мне на спину. Какое-то время мы стояли и целовались. С трудом оторвавшись друг от друга, отправились в душ, где пошли ещё на один заход. Кажется, я превратилась в нимфоманку.
Остаток лета прошёл под девизом “Секса мало не бывает!”. Мы занимались любовью утром, вечером и ночью. Пару раз я приезжала к Максу во время обеденного перерыва в офис, и мы опробовали на прочность его стол. Мы были как обезумевшие кролики, поставившие перед собой цель наверстать всё упущенное за шесть лет.
