Арабелла Уилсон шла под венец с блистательным лордом Джеффри Астором, прекрасно понимая, что он женится на ней лишь из чувства долга, что браки в лондонском высшем свете не имеют ничего общего с любовью. Но… молодая леди Астор просто ничего не могла с собой поделать. Она была без памяти влюблена в собственного мужа и поклялась рано или поздно заставить равнодушного Джеффри отдать ей не только руку, но и сердце, полюбить ее со всею силой истинной страсти…
Виконт Астор зевнул так широко, что услышал, как хрустнули челюсти. Он вскинул ногу в сапоге и положил ее рядом с другой ногой, которая уже покоилась на бархатной обивке противоположного сиденья кареты. Затем откинулся на подушки в тщетной попытке расслабить затекшие мышцы и найти удобное положение. Виконт подумал, что не имело никакого смысла платить огромные деньги за такую красивую, роскошно отделанную внутри карету с отличными рессорами, если оценить ее по достоинству можно было только на хороших английских дорогах. А на такой дороге, по которой он ехал сейчас, от рессор практически не было никакой пользы.
За последние три дня виконт уже, наверное, раз десять пожалел о своем решении отправиться в путь в карете вместе с камердинером и багажом, вместо того чтобы воспользоваться открытым двухколесным экипажем. Во время путешествия в экипаже он, по крайней мере, дышал бы свежим воздухом, проявлял бы большую физическую активность и смог бы лучше следить за дорогой и избегать рытвин, чем это удавалось его кучеру.
Виконт снова громко зевнул и закинул ногу на ногу. Он просто не мог предположить, что в конце февраля будет стоять такая чудесная, почти весенняя погода. Солнце сияло в совершенно безоблачных небесах, на деревьях стали набухать почки. В полезащитных полосах виконт замечал подснежники и первоцветы, представляя себе свежесть воздуха и пение птиц, хотя этому и мешали дорожная пыль, топот копыт и стук колес кареты.
Ох, как было бы здорово сейчас скакать верхом или ехать в легком экипаже, держа в руках вожжи! Его камердинер, чья свесившаяся на грудь голова моталась из стороны в сторону, тихо храпел, и это уже начало действовать на нервы лорду Астору. Несколько минут назад он попытался громко покашлять, но Генри лишь вздрогнул, что-то промычал, облизнув губы, снова уронил голову на грудь и захрапел.
Лорд Астор с мрачным видом оглядел свои ботфорты. Немного утешало то, что через пару часов он уже должен был добраться до места назначения. Однако будь у него выбор, он предпочел бы еще несколько дней пути, даже с ночевками на таком ужасном постоялом дворе, где ему пришлось провести прошлую ночь.
Четыре женщины. Ему предстояла встреча с четырьмя незнакомыми женщинами, дальними родственницами. Только благодаря этому родству виконт совсем недавно приобрел титул и состояние. Он был ближайшим родственником по мужской линии скончавшегося виконта Астора. «Очень жаль, – цинично подумал новоиспеченный виконт, – что я не являюсь вообще единственным родственником покойного, у которого остались жена и три дочери». Сейчас он, как раз ехал к ним, чтобы выразить соболезнование и осмотреть свой новый дом и поместье.
На самом деле виконт чувствовал себя чертовски неловко. Всю свою жизнь он прожил в относительной бедности, особенно шесть лет после того, как окончил университет и столкнулся с дорогостоящей жизнью Лондона. Он никогда не поддерживал отношений со своим кузеном – виконт именно так предпочитал называть своего почившего в бозе родственника. Отец поссорился с покойным виконтом пятнадцать лет назад, и с тех пор они больше не встречались. А после смерти отца, который умер четыре года назад, ему самому не выпало ни единой возможности возобновить родственные связи.
Поставив ноги снова на пол кареты и нервно поглядывал в окно, поскольку не знал никаких примет, свидетельствующих о приближении цели его поездки, лорд Астор подумал, что попал в довольно затруднительное положение. Он едет с визитом к четырем женщинам, оказавшимся совершенно беззащитными в результате безвременной кончины главы семьи, чей дом теперь принадлежит ему. Поверенный, сообщивший о наследстве, рассказал, что покойный виконт нимало не позаботился о благосостоянии своих родственников, – невероятный факт, особенно в свете того, что все члены семейства были женщины.
И тогда новый лорд Астор, наслаждаясь величием своего нынешнего положения, в порыве великодушия решил проявить добрую волю. Он предложил, чтобы одна из дочерей покойного вышла за него замуж. Дочерям соответственно было двадцать, восемнадцать и пятнадцать лет. Вот и все, что знал о них виконт. Он даже не уточнил, какую из них предпочел бы видеть своей невестой. Это решение лорд Астор целиком доверил матери девушек.
Вскоре ему предстояло встретиться со своей нареченной, поскольку предложение было сделано совершенно официально. Отступать назад уже невозможно, даже если все три окажутся такими страшными и грубыми, какими они уже начали видеться ему в кошмарных снах.
