— Не знала, что ФБР занимается еще и ресторанным обслуживанием, — устало пошутила Талли, убирая привезенные им продукты в холодильник.
— ФБР занимается всем. Вот погоди, я приготовлю тебе ужин, и ты убедишься, на что мы способны. У нас каждый агент проходит специальный курс кулинарии, — улыбнулся он. Общаться с ним было очень легко и просто, и Талли подумала, что именно благодаря Джиму выходные прошли для нее легче, чем она ожидала.
— Спасибо тебе, — сказала она серьезно. — Если бы не ты… Даже не знаю, что бы я без тебя делала.
Он действительно приехал к ней удивительно вовремя; рядом с ним она ничего не боялась, к тому же его взвешенные и мудрые слова в значительной степени успокоили и ее терзания относительно собственной вины в смерти Ханта, и ее сожаления по поводу того, как закончились их отношения и его жизнь. Нет, думать об этом Талли не перестала, но горечь ушла, и, проснувшись в понедельник утром, она сразу почувствовала, что стала спокойнее. Собираясь на работу, Талли не боялась даже неизбежного столкновения с журналистами, но, когда она отворила дверь, ее ожидал приятный сюрприз: перед домом никого не было. Репортеры то ли сдались, то ли, как предсказывал Джим, их отвлекло какое-то новое происшествие. Правда, в тот день, на который были назначены похороны Ханта, они появились вновь — хотя и не в таком количестве, но Талли удалось незаметно улизнуть через заднюю дверь. Впрочем, вместо работы она на всякий случай поехала к отцу, где ее вряд ли могли разыскать, и провела с ним почти весь день. Это было куда лучше, чем ехать на кладбище и смотреть, как гроб с телом Ханта опускают в могилу. Они с отцом все же немного поговорили об этом печальном событии и пришли к выводу, что Хант был, в общем-то, неплохим, хотя и слабым человеком, который запутался в житейских обстоятельствах и не сумел отыскать правильный выход.
Домой в этот день Талли вернулась поздно, а вечером следующего дня, разбирая почту, неожиданно наткнулась на письмо от Анджелы Морисси. Талли сама хотела ей написать, но пока не собралась, да и точного адреса она не знала.
«Уважаемая мисс Джонс, — писала Анджела, — я знаю, что мы с Хантом причинили вам много страданий и у вас есть все основания относиться к нам не слишком хорошо. Я пишу вам для того, чтобы вы знали: Хант любил вас по-настоящему. Он попал в сложную ситуацию, выбраться из которой оказалось нелегко, но он всегда говорил мне, какая вы замечательная и как сильно он вас любит. Мне будет его очень не хватать, и я уверена, что и вам тоже… Еще раз простите за всю боль, которую мы вам причинили. Надеюсь, для вас все закончится хорошо. Искренне ваша — Анджела Морисси».
Это письмо стало приятной неожиданностью, и Талли почувствовала, что у нее немного отлегло на сердце, к тому же оно подтверждало те выводы, к которым они пришли с отцом. Значит, Бриджит снова солгала, когда утверждала, что Хант никогда ее не любил и смеялся над ее чувствами. Да, Хант показал себя слабым и непорядочным; он совершил много ошибок, но, несмотря на это, он во многом оставался хорошим и добрым человеком.
Талли аккуратно сложила письмо и спрятала в ящик письменного стола. Мысленно она пожелала Анджеле всего самого лучшего. Что касалось Ханта, то Талли искренне надеялась, что его душа обрела покой.
Ей казалось, что это будет справедливо.
Макс, как и обещала, приехала домой перед началом занятий в летней школе, и Талли с Сэмом были очень рады ее видеть. К деду Макс ходила чуть не каждый день, а по вечерам, закончив работу, Талли возила обоих есть мороженое в кафе. Сэм просто обожал «Айсберг»[24] с рутбиром, он говорил, что это его любимое лакомство еще с детства. Днем же Макс вывозила его на прогулки в инвалидном кресле, которое Сэм теперь использовал чаще, чем ходунки. В последнее время он еще больше ослаб физически и не очень твердо держался на ногах, однако ум его оставался все таким же цепким, жадным до новой информации. Именно поэтому ему так нравилось общество внучки, которую он мог расспрашивать о том, что творится в мире, о ее взглядах и мнениях.
Вместе с тем все трое, включая Сэма, еще не до конца оправились после смерти Ханта, после его предательства, а также после ужасных поступков Бриджит. В особенности это касалось Талли, и Сэм с Макс очень за нее беспокоились. Как правило, она присоединялась к ним вечером и, побыв с ними какое-то время, увозила Макс домой. За день Талли так уставала, что почти не участвовала в общем разговоре, но Сэму все равно очень нравилось проводить время со своими «девчонками».
