Прости! Ничего личного! полностью

Прости! Ничего личного!

Начало

Все меняется в этом мире и люди не исключение. Годы, несут меня, словно щепку швыряя от берега к берегу в бурном потоке реки, под названием – жизнь. Вот здесь, течение спокойное, и, кажется, так будет всегда. Но, снова поворот, а за ним порог, меня, накрывает волной, вокруг темнота и сырость. Нет, ни малейшей возможности всплыть и увидеть, над головой, синее небо. Это, конец! Однако, кто-то, опять толкает на поверхность, давая понять тем самым, что путь мой не окончен. Кто, этот кто-то? Кто правит рекой, окуная и спасая меня, бесчисленное множество раз? Нужно ли, мне знать это? Идёт, третье тысячелетие. Век, компьютеризации и тяжёлых нравов. Люди, ополчились против самих же себя. Разговор, о таких моральных ценностях, как совесть, стал не то, чтобы не модным, не интересным, а просто лишним. Там, где живёт жестокость и цинизм, где матери, бросают новорождённых детей на произвол судьбы , где бандиты и проститутки, становятся народными героями, уже нет места для сострадания, нежности, доброты и искренности в чувствах. Надеюсь на то, что мы всплывём, найдём в себе силы, вынырнем из очередного жизненного водоворота, увидим над собой солнце, и ясное, безоблачное небо. Все вместе и каждый в отдельности, приложив к этому свое желание, силы и любовь, в коих, не откажи нам Господи!

Первая Глава

Шла, очередная осень 90-х. Андрей, вышел из проходной завода, на котором отбарабанил не один год, с сумкой в руке, где лежали два эмалированных чайника, и три термоса, вместо зарплаты. В боковом кармане куртки, сердце грела трудовая книжка с записью;

– уволен по собственному желанию.

Перед ним, как обычно бывает в такой ситуации, стоял риторический вопрос:

– Куда идти? Что делать?

Дома, отца семейства, ждали, находящаяся в декретном отпуске, жена Людмила и маленький сын Степан, которому не исполнилось, ещё и двух лет. Хотя ему-то и самому, как и супруге, было всего лишь двадцать пять.

– 

Да, ну и дела!

Раздражённо, подумал он.

– 

Работал, работал, а в кармане, не шиша!

На заводской площади, прямо с автомобилей, шла бойкая торговля. Новые предприятия, так называемые кооперативы, плодились чаще, чем, тараканы на кухне. Причём производить, ни чего не производили, за то, продавали, что могли. От сигарет и «палёной» водки, которой сегодня было в изобилии, до одноразовых, словно презервативы, телевизоров и магнитофонов. Андрей, подошёл к одному из кооператоров, им оказалась пожилая женщина. Причёска на голове, сидела у неё, как каракулевая шапка на джигите. Перебрасывая во рту, из угла в угол, дорогую сигарету, она презрительно смотрела на покупателей, которые приценивались к фарфоровым тарелкам и кружкам, лежащим перед ней.

– 

Слышь, мать!

Не здороваясь, начал он.

– 

У меня, к тебе, коммерческое предложение.

– 

Какое?

Не доверчиво, спросила женщина.

– 

Отойдём, на минутку?

– 

Ну, если на минутку, можно.

– 

Вась!

Крикнула, она водителю;

– 

Присмотри, здесь.

Они, отошли в сторонку и новоиспечённый коммерсант, предложил за сущие гроши, чайники, и термоса, выданные, вместо расчёта, на заводе. Бизнес – леди, покрутила предложенный товар в руках, посмотрела на продавца и, неожиданно мягко, сказала;

– 

Что, попёрли?

Имея в виду завод.

– 

До каких же пор, они, над людьми издеваться будут?

– 

Господи, нет на них креста!

– 

Возьму, сынок!

И не торгуясь, отдала деньги. Наконец-то, в руках у него зашелестели, какие, не какие, а рубли. Он походил, между рядами, но покупать ни чего не стал, решив доверить эту миссию жене. В голове, назойливо крутилась одна и та же мысль:

– 

А, что дальше? Обращаться к отцу, неудобно. Слава богу, у него, с матерью, пятнадцать семей пчёл. Мёд, на данный момент, ценится дорого. Они, конечно, не откажут, но всему есть предел.

Андрей, остановился у машины, нагруженной яблоками, которые, выглядели так аппетитно, что возникало желание купить, хотя бы, килограмм.

– 

Нет, не буду.

Остановил он себя и отправился домой.

Жили, они, в отдельной однокомнатной квартире, вовремя полученной отцом по льготам. Рядом с заводом, в пятиэтажке. Легко заскочив по ступенькам на четвёртый этаж, Андрей, ключом открыл дверь и вошёл. В комнате, на кроватке, мирно спал маленький Стёпка, а на кухне, о чем-то, тихо, беседовали Людмила и мать, пришедшая навестить внука.

– 

Лапуль! Я свободный, теперь, как ветер. Принимай расчёт.

Доставая из кармана деньги, вырученные за чайники, с порога заявил он. И, уже обращаясь к матери, сказал:

– Привет, мам. Как дела? Чем, отец занимается?

– 

Да, где ему быть. Ковыряется с пчёлами. Уехал, опять, на пасеку.

Ответила бабушка, а Андрей, поцеловав женщин, подошёл к плите и заглянул в кастрюлю;

– 

Есть будем?

Супруга, поднялась со стула и загремела посудой в шкафу, разыскивая любимую тарелку мужа. Налив до краёв в неё щи она молча села на прежнее место.

– 

Как дальше думаешь жить?

После не продолжительного молчания, спросила мать.

– 

А, ни как. Пойду на рынок, за порядком смотреть. Зря, что ли, боксом занимался? Меня, давно, «блатные» зовут к себе.