Хотя последнего из этого списка оправдывает тот факт, что в отношениях я с ним не состояла.
Бросаю взгляд на часы.
Раздражённо вздохнув, терплю ещё минут двадцать пять, а потом не выдерживаю и решительно направляюсь в кабинет Бланко.
Постучав, вхожу.
Он и не думает меня звать. Сидит, развалившись в кресле. Пьёт кофе, второй рукой лениво забравшись под юбку Мартинес.
— Удели мне две минуты своего времени и я уйду.
— У тебя действительно что-то срочное? Если нет, подожди за дверью.
Вообще-то я не склонна к тому, чтобы психовать, но своим поведением он меня прямо-таки выбешивает.
Хватаю с полки одну из увесистых наград и швыряю в стену.
— Ты спятила, Джугели? — едва успевает пригнуться. Благо, реакция отличная.
— Пусть твоя подстилка выйдет.
— Что? Как она назвала меня? — грозно возмущается Мартинес, спрыгнув со стола.
Запускаю в полёт очередной трофей. На этот раз стеклянный.
— А ну прекрати! Совсем ополоумела?! — орёт Бланко, вскакивая со своего места под аккомпанемент звука битого стекла.
— Я сказала: пусть выйдет, — повторяю по слогам.
— Зай, она совсем оборзела?
— Я сейчас всё разобью здесь, — сообщаю о своих намерениях.
— Паула, оставь-ка нас.
— Ты МЕНЯ выгоняешь? — лупится на него, интенсивно хлопая ресницами.
— Иди переодевайся и на корт. Скоро тренировка.
— Но зай! Она…
— Иди, Паула! — подталкивает её к выходу и захлопывает дверь. — Что ты тут устроила? С ума сошла? — ко мне поворачивается.
Лицо перекошено. Красный весь от злости.
— Веди ты себя как мужчина, я бы не опустилась до вредительства, — отражаю спокойно и прохожу к стулу.
— Джугели…
— На субботнем турнире меня не будет.
— Что значит не будет? — хмурится он в ответ.
— Мне нужно уехать в Россию по личным причинам. Собственно, хотела предупредить, чтобы ты успел снять заявку.
— Личное, — сквозь зубы делает акцент на первом слове, — отодвинешь. В турнире ты участвуешь. Всё. Это не обсуждается. Свободна, — забирает со стола свой кофе и по привычке отходит к окну.
— Ты не понял. Я не разрешения пришла спрашивать. У меня куплены билеты и собран чемодан.
— Мне плевать. Ты оглохла? — ставит со звоном чашку и блюдце на подоконник. — Сказал, что не отпускаю! Тебе нужен этот турнир и дополнительные очки.
— Нет, мне нужно в Москву, к подруге. Она сейчас в больнице.
— Ничего, позвонишь, справишься о её здоровье, переведёшь денег.
— Ты не будешь решать за меня!
— Сама хочешь решать, да? — широким шагом преодолев разделяющее нас расстояние, быстро оказывается возле моего стула. — Тогда вот что, Джугели, — наклоняется ближе, опираясь ладонью о стол. — Можешь лететь в свою Москву, но… Контракт с тобой я разрываю. В одностороннем порядке. Ты теряешь мою поддержку, теряешь Фишера как тренера, и возможность тренироваться тут в принципе, — заявляет бескомпромиссно.
Молчу, пребывая в глубочайшем шоке от того, что он говорит.
— Шантажируешь? — наконец обретаю голос.
— Предупреждаю, — ядовито произносит мне в лицо, после чего выпрямляется во весь рост и убирает руки в карманы. — Расставляй приоритеты.
Тяжёлая стрелка на больших настенных часах монотонно перемещается по циферблату, отсчитывая секунды гробовой тишины, повисшей в кабинете.
— Что ж, пусть будет так, — заключаю я, растягивая губы в грустной улыбке.
Встаю.
Иду по направлению к двери.
— Разрывай. Опустился в моих глазах итак ниже некуда.
— Дура, одумайся! Пожалеешь потом! — кричит он мне вслед.
Останавливаюсь, обхватывая пальцами ручку. Оборачиваюсь и смотрю на человека, которого долгие годы считала своим другом.
— Прощай, Хавьер.
— Ошибку совершаешь.
— Ошибкой было согласиться на отношения с тобой.
— «Отношения», — кривится он. — Смешно!
— Смешно? — выгибаю бровь. — Не ты ли собирался знакомить меня со своей матерью и дарить кольцо?
— Это всё уже неважно, забудь, — бросает сердито.
— Ты прав, неважно, — киваю. — Но очень жаль, что ты так и не смог с достоинством принять мой выбор и справиться со своими обидами…
До Москвы добираюсь два дня спустя через пересадку в Стамбуле.
Мой багаж теряют. (Видимо, всё в том же Стамбуле). Но сейчас в сравнении со всем происходящим вокруг меня, это кажется настолько неважным, что нет ни сил, ни времени ругаться с авиакомпанией. Поэтому я, заполнив форму на стойке, иду к выходу из аэропорта и вызываю в приложении такси.
Пока жду у столба, служащего для водителя ориентиром, успеваю замёрзнуть. В столице достаточно холодно. Минусовая температура. Серое небо затянуто плотными облаками. Срывается снег.
Набравшись наглости, снова пишу Марселю. Прошу прислать адрес медучреждения, в котором находится Полина. Можно было бы узнать эту информацию посредством справочной службы, но я хочу сделать это именно через него.
Отвечает, спасибо, почти сразу. Скидывает улицу и номер дома.
