Именно в этот момент до меня дошло. Измена. То, что не смогу простить никогда в жизни. В груди адски жгло от боли и обиды.
«С днем рождения, Алина. Этот вечер ты точно никогда не забудешь»
Алина
Постояв ещё немного, мне все же удалось взять себя в руки.
Там, в ресторане, именинницу ждали близкие друзья. Люди, с которыми так искренне хотела разделить этот день. Там же были и те, на которых даже смотреть было противно.
Какая интересная ситуация.
Но я понимала: нужно собрать остатки самообладания и вернуться обратно. Нужно максимально дистанцироваться от всего этого. Не хочу окончательно портить свой день рождения. Хотя, куда еще хуже?
Нужно было найти в себе силы провести этот вечер с гостями. Переступить через себя, натянуть эту улыбку и постараться отвлечься.
Глубоко вздохнув, вошла внутрь и направилась к гостям. Важно было, чтобы никто ничего не заметил.
– Вот ты где, именинница! Мы уже потеряли тебя.
Окинув глазами гостей, сразу отметила, что на одного человека стало меньше. И это радовало – сидеть за одним столом с любовницей мужа для меня унизительно.
Актриса из меня всегда была так себе, все эмоции легко считывались по лицу, однако именно сегодня титаническим усилием я улыбалась весь вечер, принимала поздравления и общалась с друзьями.
На Серёжу старалась даже не смотреть. Весь вечер он не отходил от меня ни на шаг, а его присутствие было крайне неприятным. Пока он нахваливал свою жену, говорил искренние слова любви в мой адрес, душу выворачивало наизнанку от такого лицемерия.
Только потом, когда удалось немного остыть, поняла: меня душила вовсе не ревность. Злость, обида – именно эти чувства разрывали моё нутро. Задела даже не сама измена. Сложно было казаться приличной моралисткой, когда и сама со своими скелетами в шкафу. В ушах эхом стучали слова Наташи: «ты столько месяцев провёл в моей постели, и тебе было хорошо».
Так сколько же? Месяц, два, пять? Даже представлять не хотелось.
«Ему явно нравилось, раз он возвращался к ней снова и снова».
«Брось. Он же признал, что это ошибка».
«Ему понадобилось несколько месяцев, чтобы понять это?!»
«Ты ведь и сама с грешком, Алина. Не забывай».
«То, что случилось на острове, не произошло намеренно и было лишь однажды. А вот похождения мужа – это осознанный выбор».
Как бы совесть ни пыталась внушить мне чувство вины и перестать корить мужа за несколько месяцев моего отсутствия, мои доводы были непреклонны. Пока я выживала на острове, воя от бессилия и разрывающей изнутри тоски по дому, кое-кто кувыркался в чужой постели. Надеюсь, что не в нашей.
Какая тошнотворная мысль.
Домой ехали молча. Пару раз Серёжа все же пытался начать разговор, но, видя взгляд, полный злости, замолкал.
Однако этого разговора было точно не избежать. До дома оставалось пару кварталов, и я мысленно молилась, чтобы время тянулось как можно медленнее.
В окнах кухни горел свет. София Ивановна ждала нашего возвращения: пока мы отдыхали (если этот вечер можно назвать отдыхом), она присматривала за детьми.
«Добрейшей души женщина. Открытая, воспитанная, честная. Не то, что её сын».
– Алин, давай поговорим, – муж выбрал просто потрясающий момент.
– А нам есть о чём говорить с тобой? – прищурившись, ответила я, – я услышала достаточно. Или это только часть?
– Мне дико стыдно перед тобой. Прости меня.
– Простить?! – в глазах потемнело от гнева, – думаешь, что извинишься, и я всё забуду?!
Он попытался обнять, но я резко отклонилась в сторону, тело затрясло.
– Не смей прикасаться ко мне.
– Да выслушай меня! – взмолился он, – я не знаю, что на меня нашло тогда. Когда ты пропала, я места себе не находил, сходил с ума от волнения. Боялся за тебя.
– Настолько переживал, как не заметил, что оказался в объятиях чужой женщины, – прошипела я, – я не глухая, Серёж. Тебе было хорошо, и этот вовсе не мимолётное увлечение, а твое решение. Ты ведь не баран, которого можно увести, потянув за привязь.
– Алин…
– Довольно. Не хочу тебя видеть.
Впервые после возвращения домой спала одна. Нет, мужа из спальни не выгоняли – слава богу, у него хватило совести переместиться на диван в гостиной. На ночь или две – неизвестно.
Заснуть было непросто. Один вопрос не давал покоя: простить или нет? Злость и обида на него засела очень глубоко в душе. Бывшая коллега просто перестала для меня существовать: слишком низко было воспользоваться положением отчаявшегося мужчины и затащить его в свою постель. Но муж-то не настолько безвольное существо…В общем, всё сложно. Точно знаю – ни видеть, ни слышать его не хочу. Мне явно нужно время, чтобы разобраться в себе. Все стало куда непонятнее и запутаннее.
И почему нельзя выключить этот поток мыслей хотя бы на время? Долго ворочалась и обдумывала, что будет дальше с нашей семейной жизнью. В какой-то момент осознала: сейчас нет ни сил, ни желания копаться в этом. Хотелось набрать одного-единственного во всём мире человека и просто поговорить… сдержалась титаническим усилием воли.
«Разберусь с отношениями между мной и Серёжей после. Будь что будет».
