С мужем мы практически не разговаривали. Квартиру всё же решили не продавать – и хоть суд поделил её по долям с учётом детей, она достанется им, когда те вырастут. Впервые за долгое время Сергей поступил благородно – решил временно переехать к Софии Ивановне, пока не подыщет подходящее жилье. С одной стороны, меня радовал такой расклад: отец близко к детям, ведь бывший муж искренне любил детей, души в них не чаял. Но что же будет, если он увидит меня с Диланом?
Мысленно представила, какой огромный ярлык гулящей женщины он сразу же навесит на меня. Хотя если подумать… а не всё ли равно теперь? Тоже мне святоша. Что касается свекрови, знала, что её мнение по отношению ко мне не изменится. Мудрая, светлая, добрая женщина.
За то время, что она отдыхала с внуками в санатории, я дико соскучилась по своим детям.
Наша встреча прошла очень трогательно и тепло. Когда их маленькие ручки обхватили мою шею, стало гораздо легче, а фраза «мамочка любимая» и вовсе заставила растаять. Увидев отца, дети с визгом радости бросились к нему на руки. Приятная и невыносимая картина одновременно, если представить, какую новость им придётся услышать через пару минут.
Как бы вы не готовили себя к разговору с детьми о разводе с их папой, сколько бы статей популярных психологов не прочитали, все эти знания просто летят в трубу, когда видишь эти маленькие глазки, полные недоумения и обиды на весь мир. На маму, на папу… признаюсь, это совершенно невыносимые эмоции.
– Анют, Лёш, – обняла старших деток, пока Кирюша мирно разглядывал Серёжино лицо, – нам с папой нужно кое-что вам сказать…
За реакцию младшего сына даже не переживала – сынок был слишком маленьким, чтобы хоть немного понять происходящее.
Старшие дети сразу смекнули, что к чему.
Лёшкины глаза сверкнули. Сначала блеснула одна слезинка, следом вторая…
– Это ты виноват, ты! – выпалил сын, гневно глядя на отца.
В какой-то момент Серёжа оторопел, а я напряглась. Неужели ребёнок в курсе отцовских кутежей?
– Ты плохо встретил маму, – заканючил он, – мама чуть не погибла на острове, а ты ругался с ней, – не выдержав напряжения, сын расплакался и убежал в другую комнату.
Как бы ни готовилась, но такого поворота не ожидала.
Растеряно повернулась к дочери. Бедная моя девочка! Она не ревела навзрыд, обвиняя кого-то из нас – лишь стояла и тихонько всхлипывала, пока из глаз ручейком бежали солоноватые слёзы.
– Анечка, иди ко мне, – протянула к ней руки, и она тут же бросилась ко мне.
– Малышка наша, – шептала я, поглядывая на Сергея. Тот поначалу замешкался, но присел рядом и тоже её обнял. Странно, если бы не определённые обстоятельства, складывалось ощущение, что мы просто успокаиваем дочь.
– Солнышко, – продолжая поглаживать её мягкие волосы, заговорила я, – ни ты, ни Лёша, никто ни в чём не виноват. К сожалению, такое случается, что мама и папа ругаются и решают, что им будет лучше отдельно. Но ты должна знать, – уверенно взглянула в эти бездонные глазки-бусинки, – мы с папой безумно любим тебя и твоих братьев. И мы, как и раньше, будем гулять в парке, ходить в кино, проверять уроки или кушать мороженое. По очереди читать сказки на ночь, готовить завтрак или устраивать бои с подушками перед сном.
– Но теперь не все вместе? – грустно посмотрела она на нас.
Вынести такой взгляд было невыносимо.
– Нет, котёнок, – вздохнула с тяжёлым сердцем.
«Дать ребёнку принять ситуацию и прожить этот момент, постоянно напоминая о вашей к ней любви», – именно этому совету и следовала.
Немного успокоившись, она села между нами и взяла нас за руки. Мы с удивлением переглянулись.
– Вы, взрослые, такие странные…, – поглаживая ладошки, произнесла Анюта, – но, наверное, так нужно. Мама давно не улыбается, а папа ходит хмурый. Но ни ты, ни папа не виноваты. Я всё равно вас люблю.
В горле встал ком.
Спустя время успокоился и Лёша. Серёжин талант отцовства проявил себя в полной мере, чему я была безумно рада.
На следующий день бывший муж перевёз остатки своих вещей к матери. София Ивановна забрала детей к себе. Не только потому, что обожала их. Был более весомый повод, от которого у меня замирало сердце.
Через несколько часов прилетит Дилан.
Чувствовала себя юной девчонкой, у которой от волнения трясутся коленки при мысли о встрече с любимым мальчиком. Именно так всё и было. От предвкушения даже подташнивало. Этот безумный месяц в сочетании с разводом показался целой вечностью.
Мы договорились встретиться в аэропорту. Как бы сильно не уговаривала, Ди настоял, что временно остановится в гостинице неподалёку.
– Не стоит разводить лишние разговоры о нас. Ты только развелась с мужем. Не хочу, чтобы кто-то судачил за твоей спиной, – его доводы прозвучали весьма убедительно, чтобы принять.
Щёки покрылись лёгким стыдливым румянцем – к тому же, в номере нет ни любопытных глаз соседей, ни тем более ушей местных сплетниц. А значит, можно спокойно насладиться друг другом за такое долгое время разлуки.
