– Сорок шестая. Но подниматься ко мне не надо.
– Почему? – искренне расстроился Дима.
– У меня здесь ситуация, – пространно намекнула Землероева.
– И чё? Я чё, ситуаций, что ль, не видел?!
– Да тут, знаешь ли… – Внезапно сыщица решилась: – Хорошо, Дима. Ты – поднимайся. Но один и в перчатках.
– В смысле? Ситуация настолько серьезная?
– Угу. Квартиру будут на отпечатки проверять.
– Понял. Еду. Жди. Все порешаем.
Хороший парень. Верный и надежный как скала. Евдокия с ним в разведку отправилась бы.
Но пока села у окна на табурет и начала прикладывать хвост к носу.
«Итак, что мы имеем кроме трупа и наверняка засевшего на верхних этажах убийцы?»
Путем несложных размышлений в подозреваемых Евдокия оставила лишь три квартиры. Можно, конечно, еще одно жилье присовокупить: квартиру парочки «компьютерных мышей» на пятом этаже… Но те вошли в дом буквально сразу после выхода Марины, да и больно уж эти типичные ботаники слабо монтируются с проколотыми ножиками человеками. Таким путем и женщину из квартиры напротив можно заподозрить. Не обратить внимания на то, что у молодой усталой продавщицы из продуктового двое детей погодков дошкольного возраста.
Нет. Будем исходить из реалий и внешних признаков. Если бы мамаша проткнула ножом какого-то приятеля, то наверняка из ее квартиры сейчас бы доносился детский плач. Не обязательно, но почти наверняка. Паникующая мама не лучшая компания для деток. При перепуганной нервной мамаше детки – рыдают. Или как минимум ведут себя бессовестно и громко. Если, конечно, не запрятались в шкафы с испуга…
Нет! Исходить надо прежде всего из объективных показателей: нож воткнули в мужика жестко, сильно и, пожалуй, профессионально.
Хотя какой уж тут профессионализм, мысленно махнула рукой Дуся. Этот профи позволил полумертвой жертве удрать! Так что из числа подозреваемых, почти наверняка можно исключить и жильцов из двушки на пятом этаже. Там живет семья с раскосыми восточными глазами: муж, жена и два вполне половозрелых отпрыска. Если бы один из них покойника ножом пырнул, трое остальных полумертвого потерпевшего из квартиры не выпустили бы.
И получается: жертва удрала из квартиры, где находился лишь один жилец. Возможно, была схватка. Возможно, что убийца тоже ранен и потому позволил мертвецу уйти. А посему в крепких подозреваемых только три квартиры.
Остается, правда, вариант, что кого-то из семейных жильцов на момент убийства не оказалось дома, и потому убийца был один. Но Евдокия привыкла работать по версиям «наверняка». Остальные лучше оставить на потом и разрабатывать уже в случае неудачи основной линии.
Итак: квартира над головой, где живет невзрачный лысоватый блондинчик. Квартира напротив него с прилипчивым кавказцем: «цветы-ресторан-шампанское-постель». И парень из однушки между ними. Парень подозрительный, в глаза не смотрит, старается промелькнуть мимо и не поздороваться.
Пятый этаж из подозреваемых исключен практически полностью, если, конечно, не представить двух «мышей», оторвавшихся на минуточку от компьютерных злодеев, воткнувших ножик в какого-то реального недоброжелателя и опять усевшихся за виртуальные игрушки.
(А что? Если вспомнить о тенденции последних лет – ничего невероятного здесь нет. Игроманы те еще затейники! Пописать и поесть забудут, не то что от полиции удрать.)
Евдокия сходила в гостиную, полюбовалась на дремлющую неподалеку от трупа Хрусталеву. И в который раз за последний час обругала себя: «Дура ты, дура, Евдокия Землероева. К ближнему надо подходить с пониманием! Дала б запойной тетке выпить – сейчас бы не парилась». Марина ведь свою натуру изучила: напилась – уснула даже рядом с мертвецом.
Опытный Молчун вошел в квартиру, не снимая перчаток.
Прошел на кухню, сел на табурет. Достал из кармана литровую бутылку минералки. Отпил, бутыль рачительно прибрал в карман и приготовился внимательно слушать.
Таймер кухонной плиты показывал половину пятого вечера. За пятнадцать минут до прихода Молчуна на связь с Зурабом вышел паренек из информационного центра ГУВД. Прочитав сообщение, «первый» впопыхах едва не дал «второму» команду: «Отбой тревоги!» Ситуация, завязавшаяся вокруг Евдокии Землероевой, выглядела крайне неприятно, но не так опасно, как показалось вначале. Прикинув, Зураб решил, что тревожить «второго» вроде бы особенной причины нет. А главное: рассказывать напарнику, что стараниями «первого номера» они впутались в нехорошую интригу, совершенно не хотелось.
Каяться Зураб – терпеть не выносил! Появление в доме второй сыщицы кряду он утаил от Молчуна, поскольку стремительно разработал, как ему казалось, изящный отвлекающий маневр. Подставил под удар ищейку, вывел органы на ушлых конкурентов…
А получилось, обломившись, начал слишком рано мандражировать и вызвал на подмогу Молчуна.
