После каждого катаклизма, который люди называют Всемирный Потоп, любая цивилизация скатывается до уровня каменного века. Нет металла, нет инструмента, топоров, пил, гвоздей. Нет возможности даже рубить лес, чтобы построить себе жилище. Как разорвать эти причинно-временные связи? Ведь каждая планета, а именно в нашем случае Земля, один раз в 7563 года должна встряхнуться, потянуться и снять все напряжения, которые накопились в её коре за долгие годы бездвижимости, которые она отдала Создателю для его замысла с человечеством. Как разорвать людям эти столь трагичные причинно-временные связи, которые Создатель из Возрождения в Возрождение каждый раз ставит перед ними? В предыдущей книге мы сделали вывод, что в будущей подготовке нужно делать главный упор на максимальное сохранение населения и сохранение технического потенциала цивилизации. А для этого нужно, по возможности, выносить всю энергетику и все производства в космос, где катаклизм их уже не достанет.
КНИГА 1
Глава 1
Просыпаюсь. Чуть слышатся далёкие уличные шумы, чирикают воробьи, затевая свои весенние птичьи свадьбы. Окно открыто, штора чуть колышется от набегающего ветерка, пахнет весной. Далеко в море проревел пароход, надрывно, несколько раз. Моё сознание ещё не включилось, я только слышу, чувствую. Слышу запах лекарств, запах свежего белья, но, мои мысли только слышат эти ощущения. В теле непонятная тяжесть. Сразу захотелось вскочить и в душ, почувствовать на своём теле струи воды, захотелось подставлять под эти струи лицо, голову, шею, плечи. Я, обычно, люблю контрастный душ, добавляю холодную воду, ощущая при этом возмущённые импульсы кожи в мозг. Тело уже готово проснуться.
Я открыл глаза. Первая фаза идентификации: где я? Вторая фаза идентификации: кто я? Начала включаться память. Тут вошла, даже не вошла, вбежала, влетела мама. На ходу запахивая, застёгивая халат, она подбежала ко мне. Сынок, ты пришёл, ты пришёл в себя – шёпотом, но достаточно громко шептала, почти кричала она. По её лицу текли слёзы, она обнимала меня, но, как-то осторожно, как игрушку из тонкого стекла. Я заметил, что к моей голове и к моим рукам были подключены какие-то датчики, соединённые с непонятными приборами. Такое я видел в фильмах, когда люди долго находятся без сознания. Мне захотелось встать, и я начал свои движения, только, тело моё было тяжёлым, непослушным и неповоротливым. Казалось, к рукам и ногам были привязаны тяжёлые гири. Мама почувствовала мои попытки и испугалась, обняла меня ещё крепче. Моё сознание опять начало растворяться, как будто кто-то невидимый стал уменьшать в комнате звук и яркость изображения. Я начал проваливаться в какую-то бездну. Моё сознание отказывалось воспринимать окружение, и я опять свалился в сон. Сколько это длилось?
По всей видимости, моё забытьё длилось недолго. Мама обнимала меня за плечи, прижимала к себе и плакала, я чувствовал её слёзы у себя на лице и от этого мне делалось спокойней и защищённей. Мне неполных 15 лет, по человеческим меркам ещё ребёнок, правда, давно уже не маленький. Я открыл глаза. Что-то изменилось. Это была другая комната, на мне не было никаких датчиков, не было приборов. Я лежал на широком диване. Мама продолжала обнимать меня. Она тоже обводила взглядом комнату, диван. На окне была чуть открыта форточка и с улицы доносились щебетания птиц, разговоры людей, играли дети. Слышались их крики, дети же тихо играть не умеют. Мама встала, удивлённо подошла к окну и заглянула в него. На её лице было смятение и удивление. Я резко встал. Куда девались мои тяжелые руки и ноги? Тело было в некоторой степени непослушным, но, я опять вспомнил про душ. Всё такое знакомое, это окно, этот диван, этот письменный стол со множеством вырезанных из газет и журналов фото самолётов под стеклом. Теперь уже новая идентификация – это квартира в далёком карельском городе Питкяранта, это наша с братом комната. Здесь я прожил детство, учился в школе, занимался моделями самолётов, ходил на охоту. Здесь было моё детство. И что стало с предыдущей идентификацией, где я только что пришёл в сознание, чем несказанно обрадовал свою маму? Куда исчезла моя комната, где датчики, подключённые к моей голове и моим рукам? Где наш дом на берегу моря, в котором я только что вместе с мамой находился? Как произошла такая быстрая трансформация? Я только что был в Италии, а сейчас нахожусь в России, в Карелии, на берегу Ладожского озера. Там я разговаривал на итальянском и французском языках и даже не представлял, где находится Россия с Ладожским озером, а сейчас свободно думаю на русском языке и смотрю в окно на холодное Ладожское озеро, вдоль берега которого ещё не сошел лёд. Я посмотрел на свою маму, она стояла у окна и смотрела на меня, смотрела на комнату, в которой мы находились, и в её глазах видел ужас непонимания. Она смотрела на меня, который только что лежал беспомощным, а сейчас стоял напротив и точно так же с непониманием смотрел на неё. Я узнал эту комнату, это окно и вид из него. Но, что случилось, как мы оказались здесь? Как связан итальянский мальчик и его мама с российской Карелией, с этой квартирой и с этим видом из окна? Я подошёл к матери, взял её за руку и обнял. Стал говорить, что не нужно ничего бояться, что скоро мы всё поймём и не нужно сильно переживать.
